Городок, что зовется Гармони

Стоит только немного углубиться в лес, и затеряешься во тьме, и не видать тебе больше солнца.

Вдоль двух главных улиц выстроились магазины, самые необходимые плюс немного экзотики для туристов. Продуктовый магазинчик с винным отделом в глубине, будто нарочно спрятанным от властей; почта; банк; пожарная часть; магазин одежды, где в начале сентября на витрине уже красуются теплые куртки и зимние сапоги. Спортивный магазин с рыболовными снастями, рядом приземистая синяя сувенирная лавка с вывеской «Индейские и эскимосские народные промыслы», а внутри бусы и резные изделия с трехзначными, а то и четырехзначными ценниками.

К двери пришпилена записка: «Закрыто, откроется в следующем году».

Чуть в стороне от дороги – старая церковь, обсаженная кленами, возле нее начальная школа, такая же старая. И обе, пожалуй, великоваты для такого крохотного городка. Наверное, остались с тех времен, когда люди приезжали на север за богатством. А сейчас жизнь здесь едва теплится за счет туристов и лесозаготовок.

На улице, что ведет в сторону от озера, – хозяйственный магазин, библиотека – маленькое неказистое современное здание, – два бара (один по соседству с полицейским участком), аптека и два кафе. Лайам понял, что проголодался, и одновременно понял, что оба кафе закрыты. Куда ни глянь, все закрыто. Мало того, кругом ни единой живой души. Он здесь один, не считая собак возле кафе. Он глянул на часы: начало восьмого. Четверг, восьмой час вечера, а город уже вымер.

На минуту закралась дикая мысль: а вдруг ему все это пригрезилось, и не только затерянный в дебрях северный городишко, но и остальное – Фиона, последние восемь лет, его так называемая карьера, вся его жизнь? Сегодня за рулем он то и дело отвлекался, мысли блуждали, хотелось спать, в висках стучала тупая боль.

Все ускользало от него, кружило, воспоминания ухали куда-то, точно скатывались с горки. Всю дорогу он уверял себя, что устал, только и всего, и сейчас снова напомнил себе об этом. Иди в дом, сказал он себе. Найди что-нибудь перекусить, и на боковую.

На обратном пути, для полноты картины, он свернул к озеру и постоял немного, глядя в зеркало воды, где отражались последние лучи заката. Тишина стояла необычайная. Дальний берег, еле различимый, весь был изрезан заливами и бухточками. Как на рекламе турфирмы, подумал Лайам, только лося на водопое не хватает. Втянув голову в плечи – стало вдруг холодно, – он зашагал в сторону дома.