Городок, что зовется Гармони

В отдельную коробку, поменьше, он положил красивые настенные часы с римскими цифрами (миссис Орчард объяснила Кларе, что они римские, и научила считать с ними до ста) и набор резных деревянных фигурок (самое любимое у Клары в этом доме, не считая Моисея). У четырех деревянных старичков, что сидели с трубками за карточным столом, были видны даже складки на одежде и тонюсенькие шнурки на ботинках. Очень тонкая работа.

Часы и статуэтки незнакомец аккуратно завернул в газету (каждый старичок был вырезан отдельно, на крохотном стульчике, с веером карт) и убрал в коробку.

Подошел к столу, где стояли фотографии мужа миссис Орчард (ими она дорожила больше всего на свете!), выбрал три и тоже аккуратно упаковал.

Все остальное он просто свалил в коробки, как будто ему безразлично, что будет с этими вещами. Упаковав все, кроме книг, он выпрямился, потер поясницу, взглянул на часы (было почти шесть) и ушел, как обычно, ужинать.

Незнакомец ушел, а минутой позже случилось ужасное. Вообще-то Клара должна была бы радоваться – папа вернулся пораньше.

Завидев на подъездной дорожке его машину, Клара выбежала в прихожую его встречать.

– Папочка! – Она распахнула перед ним дверь. – Он ворует вещи миссис Орчард!

– Привет, малышка! – сказал папа. – Что опять стряслось? – Лицо у него было землистое, усталое, но Кларе было все равно.

– Тот дядька все украл у миссис Орчард! Разложил по коробкам и сейчас заберет!

– А-а, – рассеянно отозвался папа, бросив на столик ключи от машины. – Ну, дело его.

Клара застыла от изумления. Это еще что такое? Как это – дело его?

– Но это же вещи миссис Орчард! Когда ее выпишут из больницы, они ей будут нужны!

Папа взглянул на нее. Прошла минута, а он все молчал, и Клара, набрав побольше воздуху, снова сказала – нет, закричала:

– Это вещи миссис Орчард!

Папа опустился на корточки, взял ее под локти. И сказал ласково:

– Клара, что ж ты так расстроилась из-за пустяка! Тот дядька – это вообще не повод для беспокойства. Он… – папа замялся, – скажем так, за домом присматривает.

Миссис Орчард в курсе, она не будет против. Честное слово, не будет.

– Будет! Это ее любимые вещи! Я ее знаю лучше, чем ты, я-то знаю, она ими дорожит! – Клара вдруг разрыдалась, громко, взахлеб. Вообще-то она никогда не давала воли слезам, ведь Роза, хоть и любит ее, не выносит ее слез. Но Розы здесь нет, она неизвестно где, а они все делают вид, будто ничего не случилось, вместо того чтобы сказать ей правду.