Дорога уходит в даль… В рассветный час. Весна

Марья Ивановна внимательно разглядывает глазками и быстро обшаривает лапкой лысую голову служителя. Секунду она растерянно смотрит по сторонам: что же это за существо, у которого нет шерсти на голове? Но тут же она осторожно расстегивает на служителе рубаху, обнажая его сильно волосатую грудь, и спокойно шарит лапкой, ища там блох! Публика в восторге аплодирует.

– А теперь, – заявляет служитель, – внимание! Сбор всех частей! Всеобщая мобилизация! Проснитесь, Кларочка, будет вам сейчас работа! Эй, эй, обезьянья нация, сюда!

И он отпирает дверцы всех обезьяньих клеток.

Обезьянки весело прыгают в большую клетку, где спит обезьяна «няня» Клара, начинают возиться, прыгать, кататься по земле, драться, визжать так, что в голове звенит.

Тут начинается «работа» обезьяны Клары! Неторопливо, с достоинством она ходит среди обезьянок, как воспитатель. Она разнимает дерущихся, без всякого раздражения раздает затрещины и зуботычины, иногда такие сильные, что пострадавшие зверюшки с визгом катятся на пол кувырком.

При этом Клара, как ребенка, качает на руках самую маленькую из всех обезьянок. Публика в восхищении от замечательных педагогических способностей «няни» Клары.

– Ай да Клара!

– Браво, Клара!

Лысый служитель показывает последний «номер». Страшно выпучив глаза, он кричит диким голосом:

– Кузьма Иваныч идет! Кузьма! Кузьма! – и открывает в глубине еще одну дверцу, до сих пор запертую.

Мгновенно все стадо обезьянок, даже та, маленькая, которую Клара качала на руках, побросав свои обезьяньи дела, прекратив драки, стремглав улепетывает в свои маленькие клетки! Служитель быстро запирает их на задвижку.

А из открытой им в глубине дверцы входит в большую клетку Кузьма Иваныч – обезьяна павиан с задом, красным, как клюква. Выйдя на середину клетки, Кузьма Иваныч ударяет ногой в пол и рычит страшно и картаво:

«Р-ра-а-а-а-а!»

Все обезьянки в своих клетках с ужасом прислушиваются к этому злобному воинственному крику. Две маленькие уистити уже не ищут друг на друге блох – страшно испуганные, они прижимаются одна к другой, зарывая мордочки друг другу в шерстку.

– Что, Кузьма Иваныч? – спрашивает лысый служитель. – Опоздал, брат, а? Народ-то весь – тю-тю! Ну, покажи почтеннейшей публике свою злость!

Кузьма Иваныч, вцепившись обеими лапами в прутья клетки, трясет их так, что они содрогаются сверху донизу. При этом Кузьма Иваныч снова ожесточенно орет свое:

«Р-ра-а-а-а-а!»

«Няня» Клара смотрит на Кузьму сурово, неодобрительно.