Сон в красном тереме. Том 2

Я хрупкой рукою

все время стараюсь поймать их.

Но тщетно! Лишь ревность

кукушек и ласточек я вызываю.

Не мчитесь, пушинки! Не мчитесь, пушинки!

Зачем вы спешите —

ведь с вами умчится весна молодая!

Стихотворение ей понравилось, она переписала его начисто, дала прочесть Бао-чай, а затем пришла с ним к Дай-юй.

– Замечательно! – прочитав стихотворение, одобрила Дай-юй. – И оригинально, и интересно!

– Ни на одном собрании нашего общества не писали стихов в жанре «цы», – заметила Сян-юнь.

– Ты права, – с воодушевлением произнесла Дай-юй.

– А может быть, воспользоваться хорошей погодой и созвать общество сейчас же? – высказала пожелание Сян-юнь.

– Тоже можно, – согласилась Дай-юй.

Они распорядились приготовить фруктов и через служанок разослали приглашения барышням.

Оставшись одни, девушки договорились, что предложат в качестве темы для стихов «Пушинки ивы», наметили мотивы, все это записали на листке бумаги и наклеили на стену.

Собравшись, все прочли задание, сравнили его со стихами, написанными Сян-юнь, и выразили восхищение.

– Я плохо пишу стансы. Наверное, у меня опять получится какая-нибудь ерунда, – заранее предупредил Бао-юй.

Затем вытянули жребий. Бао-чай зажгла благовонную свечу, и все погрузились в задумчивость.

Первой закончила стихотворение Дай-юй и переписала его. За нею записала свое стихотворение Бао-цинь.

– Я тоже кончила, – заметила Бао-чай, – но лучше сначала прочтем, что написали вы, а потом просмотрим мое стихотворение.

– Как быстро тает свеча! – воскликнула Тань-чунь. – Она почти сгорела, а у меня готова только половина стихотворения… – И затем спросила у Бао-юя: – Как у тебя?

Собственно говоря, Бао-юй уже сочинил стихотворение, но ему показалось, что получилось плохо, поэтому он принялся сочинять снова. Однако свеча догорела.

– Бао-юй снова проиграл, – с улыбкой заявила Ли Вань.

Тань-чунь торопливо записала все, что успела сочинить. Это была лишь половина стихотворения на мотив «Правитель Нанькэ».

Напрасно пушинки

висят, как тончайшие сети,

Свисают напрасно,

как ниток тончайших моток.

Никто бы не мог их сплести воедино,

никто удержать их не мог.

И все они в разные стороны мчатся:

на север, на запад, на юг, на восток.