Хижина

Он зажег настольную лампу, взглянул на часы и удивился, что проспал пару часов.

– Ага, извини. Кажется, я немного вздремнул.

– Что-то голос у тебя какой-то слабый. Все в порядке?

– Угу. – За окном было довольно темно, однако Мак видел, что буря не унималась. Снежный покров наверняка подрос сантиметров на пять. Ветви дерева склонились до самой земли. Он поймал себя на мысли: если поднимется ветер, какая-нибудь ветка обязательно сломается. – У меня произошло небольшое ЧП на нашей дорожке, когда я выходил посмотреть почту, все остальное в полном порядке.

А ты где?

– Я по-прежнему у Арлин. Думаю, нам с детьми лучше переночевать здесь. Семейное окружение идет Кейт на пользу… кажется, она начинает восстанавливать душевное равновесие. – Арлин, сестра Нэн, жила за рекой, в штате Вашингтон. – В такую погоду лучше не выходить из дома. Надеюсь, к утру все утихнет. Жаль, что мы не успели попасть домой до урагана, ну да что теперь говорить об этом. – Она помолчала. – Как там дома?

– Хорошо, вокруг потрясающе красиво, но безопаснее смотреть на это из окна, чем гулять, поверь.

Я даже слышать не хочу о твоем возвращении домой в такую непогоду. Никто никуда не едет. Вряд ли Тони удастся доставить нам почту.

– А я думала, ты уже ее получил, – удивилась она.

– Нет, почты не было. Я думал, что Тони уже приезжал, поэтому вышел проверить. Но. – Он колебался, глядя на записку, которая лежала на письменном столе. – Ящик был пуст. Я позвонил Анни. Она сказала, что Тони, возможно, не сумеет подняться на наш холм.

Лично я не собираюсь еще раз выходить из дома, чтобы проверить, удалось ли это ему. Кстати, – он быстро сменил тему разговора, желая избежать ненужных вопросов, – как там Кейт?

Последовало молчание, затем раздался долгий вздох. Когда Нэн заговорила, то перешла на шепот, и он понял, что супруга на другом конце линии прикрывает трубку рукой.

– Хотела бы я знать, Мак. С ней говорить что с камнем. Чего я только не делала, чтобы расположить ее. Среди родных она немного оттаивает, а потом снова прячется в свою раковину.

Я просто не знаю, как быть. Все молюсь и молюсь, чтобы Папа помог нам достучаться до нее, но… – Она снова смолкла. – Чувствую, что он нас не слышит.

Папа – любимое общение Нэн к Богу, выражавшее ее восторг и глубокую привязанность к Нему.

– Милая, я уверен, Господь ведает. Все наладится. – Эти слова не принесли ему облегчения, но ему хотелось успокоить тревогу, прозвучавшую в ее голосе.

– Я знаю, – вздохнула она.