Портрет леди

Кстати, как они называются?

Сестры обменялись почти испуганными взглядами.

– Вы хотите сказать… вы имеете в виду, что они требуют больших расходов? – спросила младшая сестра.

– Я думаю, он мог бы сдать один или два дома, – сказала другая.

– Сдать или отдать? – спросила Изабелла.

– Не могу представить, чтобы он отказался от своей собственности, – проговорила старшая мисс Молинью.

– В таком случае боюсь, он обманщик! – воскликнула Изабелла. – И что же, вы не считаете, что его положение ложно?

Ее собеседницы были явно сбиты с толку.

– Положение брата? – пробормотала мисс Молинью.

– Его положение считается очень хорошим, – возразила младшая сестра. – Самое высокое положение в графстве.

– Наверное, вы считаете меня бесцеремонной, – заметила Изабелла, воспользовавшись возникшей паузой. – Полагаю, вы очень почитаете брата и побаиваетесь его.

– Конечно, невозможно не уважать брата, – просто сказала мисс Молинью.

– Если вы его уважаете, значит, он очень хороший человек… потому что вы обе очень хорошие.

– Он необыкновенно добр. Никто даже не представляет себе, сколько хорошего он делает.

– Все знают о его способностях, – добавила Милдред. – И считают их необыкновенными.

– Да, я это вижу, – согласилась Изабелла. – Но на его месте я исповедовала бы более консервативные взгляды. И ничего не стала бы отдавать.

– Я думаю, люди должны придерживаться широких взглядов, – мягко возразила Милдред.

 – Нас так воспитывали с самого детства.

– Что ж, – произнесла Изабелла. – Это у вас очень хорошо получается. Неудивительно, что вам это нравится. Я вижу, вы питаете слабость к вышивке? – сменила она тему.

После ланча лорд Уорбартон повел Изабеллу осматривать дом, имевший очень благородный вид; впрочем, иного и нельзя было ожидать. Внутри здание было сильно модернизировано – и некоторые, может быть, лучшие его части потеряли свою первозданность.

Но когда девушка посмотрела на него из сада, дом – громадный, выкрашенный непогодой во все оттенки серого, вздымающийся над наполненным неподвижной водой рвом – показался ей сказочным замком. День выдался прохладным и пасмурным; всюду были заметны первые признаки осени; бледный солнечный свет падал на стены расплывчатыми бликами, как будто намеренно согревая те места, где сильнее ощущалась болезненность нанесенных временем ран.