Хлеб с ветчиной

Я отодвинул занавеску – на скамейке меня поджидал Фрэнк. Мы вышли из церкви и снова оказались на улице.

– Я чувствую очищение, – сказал Фрэнк. – А ты?

– Нет.

Больше я не исповедовался. Эта процедура была похлеще даже утренней мессы.

18

Фрэнк обожал аэропланы. Он давал мне почитать много разной макулатуры о Первой мировой войне. Лучшими летчиками считались «Летающие тузы». Их воздушные схватки – «собачьи бои» – были грандиозны, в небе кружились огромные клубки из «спадов» и «фоккеров».

Я читал все истории о воздушных боях. Мне не нравилось только то, что немцы всегда проигрывали. В остальном это было здорово.

Я любил приходить к Фрэнку за журналами. У его матери были красивые ноги, и она всегда надевала туфли на высоком каблуке. Я наблюдал за ней, когда она сидела в кресле, забросив ногу на ногу и высоко задрав юбку. Отец Фрэнка сидел в кресле напротив, и оба они всегда были пьяные. Отец Фрэнка во время Первой мировой был летчиком и потерпел аварию.

У него в одной руке вместо кости была проволока. Он получал пенсию и тоже мне очень нравился. Когда мы приходили в его дом, он всегда спрашивал нас:

– Ну, как дела, ребята? Что новенького?

И вот однажды мы узнали об авиационном шоу. Зрелище было организовано с размахом. Фрэнк достал карту, и мы решили добираться автостопом. Честно говоря, я думал, что мы, скорее всего, не попадем на это представление, но Фрэнк сказал, что мы там будем. Его отец дал нам деньги.

Мы вышли на бульвар вместе с нашей картой и остановили машину. Водитель согласился немного подвезти нас. Это был уже пожилой мужчина с мокрыми губами, которые он постоянно облизывал. На нем была старая клетчатая рубашка, застегнутая наглухо. Галстука он не носил. И еще у него были странные лохматые брови, которые свисали ему прямо на глаза.

– Меня зовут Дэниел, – сказал он. За нас ответил Фрэнк:

– Это Генри, а я – Фрэнк.

Дэниел помолчал, потом вытянул сигарету «Лаки страйк» и прикурил.

– У вас есть родители, ребята?

– Да, – ответил Фрэнк.

– Да, – повторил я.

Сигарета у Дэниела была уже вся мокрая. Он остановил машину на светофоре и заговорил:

– Я вчера был на пляже, там легавые заловили под пирсом двух парней. Один отсасывал у другого. Их повязали и повезли в каталажку. Какое дело легавым, кто у кого отсасывает? Меня это просто бесит.

Загорелся зеленый, и Дэниел поехал дальше.