В один прекрасный день

Во время войны в дверь позвонил незнакомый мужчина и буквально умолял ее дать хоть какую-нибудь еду. И она сунула ему завернутый в тряпку кусок протухшего сала, чтоб только отвязаться от него.

И вдруг стало видно, как этот несъедобный кусок сала висит камнем на ее долгой и трудной жизни.

Ни слова

Прошло целых двадцать лет – или всего двадцать лет с той поездки на море. Я прекрасно помню о ней, но сейчас она никак не воссоздается целостной картинкой, как, впрочем, и большинство моих воспоминаний.

Хотя отдельные фрагменты и общую тональность этого кусочка жизни, вырванного из обкатанной обыденности, я не забыла.

Наступило лето, в Москву пришла жара. И я, и он хотели быть вместе. И тут, как нельзя кстати, знакомые друзей предложили нам на целых три недели свою дачу на окраине Одессы.

От этого города и этой дачи живым осталось пленительное ощущение праздника и родства. Но ни Одесса, ни ее море, ни тот дачный сад, весь увешенный спелой черешней, ни тамошние люди на самом деле не передаются никакими описаниями, коих существует в избытке.

Только в живом присутствии там ты получаешь самое редкое – радость.

Не обремененные ни работой, ни бытом, мы обожали неторопливо кататься с дачи в город на велосипедах вдоль пляжей и набережных. Прелесть этих прогулок состояла еще и в том, что, устав во время пути, мы тут же съезжали на ближайший пляж, купались, отдыхали в тени, пили кофе и ехали дальше. По центру Одессы мы перемещались на тех же велосипедах, привязывая их возле всех музеев и кофеен, в которые мы входили.

Конечно, и пешие прогулки никто не отменял. И в этих случаях нас ждало еще одно удовольствие: прямо от нашего дачного домика исправно ходил трамвай, за полчаса довозивший нас до самого центра Одессы. При этом маршрут его пролегал так, что пассажирам всегда было чем любоваться за окном. Легкое и красивое перемещение из утопающего в зелени и плодах сада в центр прекрасного города каждый раз воспринималось словно волшебное «карета подана».

Однажды мы выбрались на легендарный одесский рынок «Привоз» – хотели посмотреть, как это выглядит, и купить домашнего сладкого вина. «Привоз» оказался квинтэссенцией местного колорита, которым я просто упивалась, до неприличия пялясь на все и вся. Однако сладкого вина не было ни у одного торговца, только кислые сухие вина. Но уже на выходе с рынка живописная бабушка за прилавком, узнав, что мы ищем, пообещала нам: «Сладкое вино сейчас будет».