Книга формы и пустоты

В самом начале совместной жизни Аннабель пробовала расспрашивать мужа о его родне, но он в ответ погладил ее по щеке и сказал, что она – его единственная семья и другой ему не нужно.

Что касается религии, она знала, что его дедушка и бабушка были буддистами, и как-то раз Кенджи упомянул, что жил в буддистском монастыре, когда учился в колледже. Она помнила, как он при этом смеялся: «Потешно, правда? Я – и вдруг монах!» И она тогда тоже засмеялась, потому что ничего монашеского в нем не было. Он говорил, что ему не нужна религия, потому что у него есть джаз.

Единственной его вещью, имевшей отношение к религии, были молитвенные четки, которые он иногда носил на запястье. Красивые четки, но она никогда не видела, чтобы Кенджи использовал их по назначению. Учитывая его буддистские корни, наверное, было бы неправильно, чтобы на его похоронах распоряжался христианский священник, и на расспросы служащего Аннабель ответила, что у Кенджи не было ни семьи, ни религии, и никакого обряда не нужно. Служитель, кажется, был разочарован.

– А с вашей стороны? – спросил он участливо и, видя ее колебания, добавил: – В такие времена, как наши, быть с семьёй – это благо…

Перед Аннабель промелькнули смутные воспоминания. Сморщенное тело матери на больничной койке. Темный силуэт отчима, маячивший в дверях ее комнаты. Она отрицательно покачала головой.

– Нет, – отрезала она. – Я же сказала, не было у него семьи.

Неужели это так трудно понять? И она, и Кенджи были одиноки в этом мире, и именно это объединяло их до появления на свет Бенни.

Сотрудник похоронного бюро взглянул на часы и продолжил беседу. Как она относится к прощанию? Видя затруднения Аннабель, он пояснил. Прощание с тщательно отреставрированными останками близкого человека помогает исцелению душевной травмы, которую наносит присутствие при несчастном случае. Это облегчает болезненные воспоминания и помогает принять реальность физической смерти. Комната для прощания уютна и обставлена со вкусом.

Похоронное бюро будет радо предоставить своим гостям прохладительные напитки, богатый выбор чаев с широким ассортиментом вкусных ароматных сливок и… может быть, немного печенья?

Печеньки? Аннабель едва сдержала улыбку. Ей захотелось запомнить этот момент, чтобы потом пересказать Кенджи – его больше всего веселили именно такие абсурдные ситуации – но чтобы не задерживать сотрудника бюро, она поспешно согласилась: печеньки так печеньки.