Памятник крестоносцу

На нем были грубые башмаки, перепачканные парусиновые штаны и заплатанная синяя блуза грузчика. Вокруг шеи небрежно повязан красный платок. Он походил на труженика, направляющегося домой после утомительного рабочего дня, однако что-то в нем – эта манера идти, распрямив плечи, горделиво вскинув голову, – заставило Стефена вздрогнуть. Он бросился за незнакомцем.

– Глин!

Ричард Глин обернулся – лицо его было сурово и хмуро, однако, когда он всмотрелся в приближавшегося к нему человека, морщины на его лбу разгладились.

– Никак это ты, Десмонд… Значит, все-таки приехал!

– Пять недель назад. – Стефен так и сиял от удовольствия. – Я все время надеялся, что рано или поздно набреду на тебя. Послушай, я как раз возвращаюсь к себе в гостиницу. Пойдем со мной и пообедаем вместе.

– Что ж, – раздумчиво заметил Глин, – я, пожалуй, не прочь проглотить чего-нибудь. У меня сегодня еще крошки во рту не было.

– Боже мой, чем же ты был так занят?

– Писал… с шести утра, – ответил Глин с какой-то мрачной яростью.

 – Я склонен забывать про завтрак, когда работаю… особенно когда мне не даются эти проклятые переходы тонов.

Его агатово-желтые глаза сверкнули нетерпеливым блеском, выдавая, какого напряжения стоили ему долгие и страстные творческие поиски. Он взял Стефена под руку, и они зашагали вместе по улице.

Глава VIII

Появление Глина – в красном шейном платке и грубых башмаках, подбитых большими гвоздями, – вызвало некоторое замешательство в столовой «Клифтона». Престарелому метрдотелю, воспитанному в традициях английских лордов, это явно не понравилось, а две старые девы, которые до сих пор с симпатией и одобрением поглядывали на Стефена, возмущенно и удивленно зашептались.

Ричарда все это, однако, нимало не тронуло, и, усевшись на стул, он с явным любопытством принялся осматриваться.

– Зачем, ради всего святого, ты живешь в таком месте, Десмонд?

– Право, не знаю… наверно, потому, что я уже привык тут.

Глин попробовал суп – по обыкновению, жирную водицу, приправленную мукой.

– Может быть, тебе нравится, как здесь готовят? – предположил он.

Стефен рассмеялся.

– Я понимаю, что это не бог весть что. Но второе будет неплохим.

– Да уж не мешало бы. – Ричард надломил еще один пирожок. – Я же сказал тебе, что я голоден. Как-нибудь вечером я свожу тебя в такое местечко, где можно по-настоящему поесть.

– К мадам Шобер?

– Господи, конечно нет! Уж во всяком случае, не в эту артистическую харчевню!..