Ночь, сон, смерть и звезды

Вам важно (так им сказали) поддерживать себя и спать дома.

Эти чертовы больницы – рассадники вирусов и микробов. Здесь это называется «стафилококк».

Забери меня отсюда!

(Она улыбнулась, услышав голос Уайти. Смеха ради он мог изображать неукротимую ярость.)

(Интересно, они заметили ее тихую улыбку? Задумались, чем она была вызвана?)

Резкий дух темного немецкого эля. Пицца – плавленый сыр, много теста.

Запах… сигаретного дыма?

Но ведь никто из детей не курит. Уайти тоже завязал, уже давно.

Для него это было непросто. Бедный папа!

Как же Джессалин не любила эти кубинские сигары.

Она не требовала, чтобы он бросил. Лишь бы не курил в доме.

Хорошо, дорогая. К сигарному дыму надо еще привыкнуть.

Это стало их семейной шуткой.

Шутили они по разным поводам: над привычкой Джессалин содержать дом в чистоте и порядке, над привычкой Уайти бросать вещи там, где стоит.

Над тем, как она «смирно» водит машину.

В отличие от «агрессивной» езды Уайти.

Всплыла тема отцовской «тойоты-хайлендер».

– Как это понимать? – спросила Лорен.

Вдруг стол накренился. Джессалин показалось, будто ей нанесли удар в лицо.

– Мама! Что с тобой…

– Помогите ей подняться. Надо отвезти ее домой.

Она пыталась протестовать, но ее никто не слушал. Ноги подгибались, встать сама она не могла.

Вилка со звоном упала на пол.

Кто-то подставил ей локоть:

– Обопрись на меня.

Когда-то она вот так же помогала детям подняться по лестнице на второй этаж. Их пальцы переплетались. Она тянула за собой младшеньких, желавших еще поиграть вместе со старшими.

Скоро будете играть до девяти, обещала она недовольным.

Нет, не скоро, а сейчас.

Уже не вспомнить, кто из них больше всех упрямился. Том? Лорен? Все были упрямые.

Вспоминает с улыбкой, как их отец хватал упрямца, поднимал его (или ее), дрыгающего ногами, и сажал себе на плечи. Это называлось «поехали на папе».

Они старались как-то управлять этим стадом гусей.

Каждый в отдельности более или менее слушался, но все вместе… Разбредающееся стадо гусей, которых надо как-то вести по тропе.

Если один или два подчинялись, то остальные непременно сворачивали в сторону.

– Вы переночуете здесь? Не ехать же домой в такой поздний час…

– Да, мама. Мы переночуем здесь.

Теперь можно расслабиться. Все дети под одной крышей. В безопасности.