Я, бабушка, Илико и Илларион

Принес дичь… Стали они есть да похваливать… А потом пошли у них дети, внуки, правнуки, праправнуки… Появилось село, затем район, затем город и, наконец, столица… Столица Грузии – Тбилиси… Вот видишь, с каким трудом создавался наш Тбилиси? А ты свой труд вложил сюда? Нет! Так как ты смеешь после этого жить в Тбилиси без прописки?! Но ничего, не огорчайся… Ты мне нравишься… Как звать тебя?

– Зурико!

– Зурико… С Мартой я поговорю отдельно, а с тебя возьму всего-навсего двести рублей, не больше… Смотри только не проговорись!.

. Как тебя звать?

– Зурико!

– Да. Значит, молчок! Понял, Зурико? – Доментий лукаво подмигнул мне, да так и остался с закрытым глазом.

Тогда он подмигнул вторым глазом и тоже не смог открыть. Так и заснул.

Я наполнил водкой стакан и подозвал Риголетто.

– Аджан! – не замедлил явиться буфетчик.

– Пей! – сказал я, протягивая ему стакан.

– На работе не пьем! – ответил Риголетто и осторожно поставил стакан на стол.

Я обнял буфетчика и спросил:

– Ты знаешь, что такое политэкономия?

– И политику знаю, и экономию!

– Тогда скажи мне: что такое товар?

– Какой товар, бесфактурный?

– Нет, фактурный!

– Все, что лежит на витрине, – это товар.

Есть еще товар на складе…

– Правильно! А этого мертвеца видишь? – указал я на Доментия.

– Спит, – сказал Риголетто и усмехнулся.

– Это Серапиона.

– Не Серапиона, а Доментий.

– Я говорю тебе – Серапиона, – сказал я, потом залпом опорожнил стакан и вдруг почувствовал, что вокруг меня все завертелось.

Стол, я и Риголетто очутились на стене. «Сейчас полетим вниз!» – промелькнуло в голове. Я зажмурился. Когда я открыл глаза, все было в порядке… – Ты меня не знаешь? – спросил я Риголетто. – Я – Зурикела Вашаломидзе… А ты знаешь, что такое политэкономия?

– Ва, сказал же, знаю! Принести счет?

– Неси!..

Риголетто ушел, принес огромные бухгалтерские счеты и бойко застучал костяшками:

– Два шашлыка – сорок рублей, два хлеба – шесть рублей, водка, зелень, сыр… В общем, всего триста рублей…

– Триста рублей – это много… Хватит и пятидесяти…

– Ты что?!

– Дай, говорю, рублей пятьдесят, для машины достаточно… Не хочется тащиться пешком…

– Знаешь, что я тебе скажу?.

. – В руке у Риголетто сверкнул аршинный нож.

– Ты что, убить меня хочешь? – спросил я.

– Выкладывай деньги! – прошипел буфетчик.

– Обыщи меня! Найдешь хоть один рубль – ставлю два литра!

Риголетто молча схватил меня за воротник.