Чужой ребенок

А может быть, и в России. Ира была в этом точно уверена. У нее был опыт.

– Осторожно. Помада, – сказала Ира, и они поцеловались еще раз.

– И чего? Ты же в маске будешь, – сказал Миша, расстегивая ширинку.

Ира сделала круглые глаза.

– Застегни обратно! – приказала она.

Обычно ее приказов Миша не слушался.

– Ир, давай, а? – он потянул к ней свои ручищи.

Прохожие за окнами его не смущали. Ее, впрочем, тоже.

– Мы на работе, – сказала Ира строго.

– Мы быстро.

– Нам за квартиру платить! – она знала его слабые места.

Впрочем, ничего оригинального: чувство вины, синдром мужика, «слабо?» и еще две-три болевых точки. И чувство ответственности, кстати. Несмотря на судимость.

Миша глубоко вздохнул, застегнул молнию на брюках и насупился:

– Короче, ты мне нужна просто для страховки. На рожон не лезешь. Сбоку всегда. Что бы ни случилось, сам разберусь.

– Может, я тебе вообще не нужна?

– Ир, я тебя прошу, не лезь в бутылку. Послушай. Я сумку дергаю – и по Петровке. Просто будь рядом.

Миша полез в карман за пачкой сигарет. Ира подождала, пока Миша открыл пачку, после нескольких попыток сорвав с нее целлофановую рубашку.

– Не кури. Тебе бегать, – сказала она.

Миша сделал гримасу, убрал пачку. Посидели еще.

– Ладно, выходим, – сказал Миша.

Пошли против людского потока. Старый «жигуль» остался у них за спиной. На номер Миша жвачкой налепил бумажку от сигарет.

Шли плечом к плечу, обходя прохожих. Ира вытащила белую медицинскую маску, но надевать ее не торопилась.

Миша это заметил.

– Надевай, – сказал Миша. – Скажи спасибо, что не такая, как зимой мы носили.

– Ненавижу эти гондоны, – Иру аж передернуло.

– Балаклавы они назывались.

– Знаю, – сказала Ира и добавила: – Пожалуйста, дергай лучше у баб.

– Ага, – Миша нервно зевнул. – Помнишь, как та тетка? За собой ее тащил километр!

– Я помню, как тебе мужик зуб выбил, – сказала Ира.

– Ладно, проехали.

Миша остановился. Остановилась вслед за ним и Ира.

– Вон та, – Миша кивнул.

– Где?

Пришлось показать рукой:

– Вон.

Далеко впереди стояла женщина в джинсах, с сумкой в руке. Держала сумку за ручки. Прямо на их глазах женщина поменяла позу.

– Теперь двумя руками держит, – сказала Ира.

– Не слепой, вижу, – сказал Миша. – Сейчас отпустит.

– Кого отпустит?

– Руку вторую отпустит, – говоря, Миша разминал ноги. Бывший спортсмен без разминки не бегал.

И действительно, женщина поменяла руку.