Руки женщин моей семьи были не для письма

Руки женщин моей семьи были не для письма

Егана Джаббарова

Серия Оксаны Васякиной

В центре книги Еганы Джаббаровой – тело молодой женщины, существование которого, с одной стороны, регулируется строгими правилами патриархальной азербайджанской семьи и общины, а с другой – подчинено неврологической болезни, вызывающей сильные боли и отнимающей речь. Обращаясь с методичностью исследователя к каждой из частей тела, писательница поднимает пласты воспоминаний, традиций и практик, запретов и предписаний, связывая их с самым личным, фундаментальным и неизбежным, что есть у человека, – физической оболочкой.

Может быть, болезнь в конечном счете не только ограничивает и лишает, но и дает ключ к освобождению?

Истории нескольких поколений женщин, принадлежность и чужеродность, неподчинение и выживание, наследие, которое не выбираешь, и как с ним быть – в таких координатах живет дебютная прозаическая книга Еганы Джаббаровой.

Егана Джаббарова

Руки женщин моей семьи были не для письма

© Егана Джаббарова, текст, 2023

© Мадина Тлостанова, послесловие, 2023

© No Kidding Press, издание на русском языке, оформление.

2023

* * *

Дедушке и биби

Не в мантию – в саван отцом облачен!

Кого же я ныне в объятья приму.

    Хаким Фирдоуси

Ни одна жизнь не достойна того, чтобы стать основой для романа.

    Орхан Памук

Моя мать сказала: Тьма моего чрева – это всё чем ты владеешь.

    Афина Фаррукзад

Прошлое не бывает мертво.

    Уильям Фолкнер

I. Брови

В овальном зеркале отражались большие густые черные брови, которые, по строгому наказу матери, нельзя было выщипывать. Дело было не только в том, что Аллах запретил своим созданиям менять что-либо в теле, но еще и в том, что я была не замужем. Ведь главным событием в жизни любой азербайджанской девочки непременно является свадьба, и только она дарует право на перемены, даже если они не одобряются Аллахом.

В маленьких горных поселениях можно было легко отличить незамужнюю и невинную девочку от уже замужней женщины: первым и главным, что их отличало, были брови.

Тонкие, словно нарисованные тушью, ровные и почти искусственные, они говорили окружающим, что теперь девочка навечно стала женщиной, а значит, ее густые брови, похожие на райские кустарники, остались в прошлом.