Уникальный экземпляр: Истории о том о сём

На квадратном кофейном столике выстроились в одну шеренгу четыре бутылки апельсинового напитка, соседствуя, по иронии судьбы, с четырьмя фарфоровыми апельсинами. Стереосистема представляла собой проигрыватель в стиле ретро с коллекцией долгоиграющих пластинок французского Элвиса – Джонни Холлидея, причем одна пластинка относилась к пятидесятым годам. На книжных полках книжек не было, но стояли три антикварные пишущие машинки: одна с русской клавиатурой, вторая с французской и третья с английской.

Бе-е-е, бе-е-е.

– Я уже не сплю!

– Ты сидишь, детка?

– Секундочку.

Рори вылил в последнюю порцию кофе остатки горячего молока и, придерживая на колене чашку с блюдцем, откинулся назад в мягком кожаном кресле.

– Сижу, причем развалясь.

– Пресс-тур отменен.

Айрин была рекламщицей старой закалки. «Промотуром», в ее понимании, назывались действия корпораций, направленные на сбыт кинопродукции, а термин «пресс-тур» означал мероприятия, проводимые кинозвездами для раскрутки своих фильмов.

Поперхнувшись, Рори облил горячим кофе свои голые ноги и кожаное кресло.

– А? Что? – только и сказал он.

– Пошарься в интернете – узнаешь причину.

– У меня даже руки не дошли взять пароль от вай-фая.

– Уилла разводится со своим стервятником, венчурным капиталистом.

– Из-за чего?

– Ему дали срок.

– Он смошенничал и не угодил федералам?

– Да не федералам. Проституткам. На бульваре Санта-Моника, в собственном автомобиле. И похоже, при нем была не только медицинская доза марихуаны.

– Жесть… бедняжка Уилла.

– Уилла внакладе не останется. Ты лучше студию пожалей. «Кассандра Рэмпарт – три: Трах на дороге» не дойдет до проката.

– Могу я хотя бы позвонить Уилле и выразить сочувствие?

– Попробуй, но она со своей командой сейчас в самолете, где-нибудь над Гренландией. Пересидит пару недель у себя на коневодческом ранчо в Канзасе.

– У нее ранчо в Канзасе?

– Она же выросла в Салине.

– А как же эти пафосные мероприятия из прокламашки? На сегодня фейерверки назначены, и французские военные самолеты, и осиротевшие животные…

– Все отменяется.

– А когда мы летим в Сингапур, в Сеул, в Пекин?

– Никогда, – ответила Айрин без тени сожаления. – У прессы только один интерес: Уилла Сакс. Без обид, детка, но ты – лишь парень из ее фильма. Рори-Никто-Ничто. Помнишь плакат у меня в офисе: «А вдруг на пресс-конференцию никто не придет?» Ой, погоди. Ты же не бывал у меня в офисе.