Клитемнестра

 – Теперь Елена в безопасности. Я возьму десять наших лучших мужей, и мы опустошим Афинды. – Его глаза полыхали диким, безумным огнем.

Тиндарей потряс головой:

– Тесей теперь царь Афин. Афины сильны, мы не можем пойти на них войной. Не по такому поводу.

Не по такому поводу. От ярости Клитемнестра хотела рвать на себе волосы, но Полидевк ее опередил.

– Этот человек овладел твоей дочерью просто забавы ради! Он даже не просил ее руки!

– Ей же лучше, – вмешался Кастор. – Что-то мне подсказывает, что она не пошла бы за него замуж.

Тиндарей взмахнул рукой.

– Тесей – герой, он делает то, что делают герои. Вы знаете, сколько таких, как Елена? Вы думаете, их братья устраивали из-за этого войны? Нет. Если они не дураки.

На том всё и кончилось.

Когда Клитемнестра вошла в их комнату, ей в нос ударил спертый, обжигающий воздух, но она не подала виду. Это она была виновата в том, что Елену похитили: если бы она проснулась, если бы заметила Тесея…

Клитемнестра присела на кровать.

Решив, что Елена спит, она прилегла рядом в темноте и укрыла сестру покрывалом.

– Они бросили кости, – вдруг сказала Елена так тихо, что Клитемнестра едва расслышала. – Они бросили кости, и Тесей выиграл. Взял меня сам.

Клитемнестра не проронила ни слова. Она перевернулась на бок и обхватила сестру рукой. Она бодрилась всю ночь, стараясь не заснуть. Когда забрезжил рассвет, она не выдержала и провалилась в сон, по-прежнему обнимая сестру онемевшей рукой.

На следующий день после ссоры с Еленой Клитемнестра не находит себе места.

Шагами меряет комнату, хочет закричать или разбить что-нибудь. Но, похоже, всё, что она может, это ходить; ее беспокойные ноги ступают туда-сюда, туда-сюда. В голове гудит, мысли путаются. Она брызгает на лицо холодной водой и выходит из комнаты. Отправляется на поиски сестры.

Когда она проходит мимо занятых делами слуг и потных мальчишек, возвращающихся с тренировки, ее мысли устремляются в другом направлении. Может быть, Елена уже вовсе не злится на нее.

Может быть, она поняла, что Клитемнестра не виновата. Может, она поговорила с матерью, и та объяснила ей, почему скрывала, кто ее отец. Все эти возможности, как обломки корабля, кое-как помогают удержаться на плаву в штормовом море.

Под деревьями, что окружают тренировочную площадку, у ног лекаря сидит раненый мальчик. Лекарь омывает его висок: кожа вспухла, из-под нее, как скала в море, выступает темная, жесткая шишка.