Фактотум

Пробормотав что-то невразумительное об О’Генри, я вышел на улицу.

Глава 19

Магазин казался пустым и заброшенным. В витрине висела табличка: «Приглашаем на работу». Я вошел. Дяденька с тонкими усиками встретил меня улыбкой.

– Садитесь.

Он дал мне ручку и бланк анкеты. Я принялся ее заполнять.

– Высшее образование?

– Незаконченное.

– Мы занимаемся рекламой.

– Э?

– Вам это не интересно?

– Ну, понимаете, я живописец. Художник. У меня кончились деньги. Мои работы не продаются.

– Да, такое бывает.

– И они мне не нравятся.

– Не отчаивайтесь. Может быть, вы еще станете знаменитым после смерти.

Он объяснил, что работать надо было по ночам и что все с этого начинают, но есть хорошие перспективы карьерного роста.

Я ответил, что мне нравится работать по ночам. Он сказал, что начать можно с подземки.

Глава 20

Меня ждали два пожилых дядьки. Мы встретились в метрошном депо. Мне выдали целую стопку картонных плакатов и какой-то металлический инструмент, похожий на консервный нож.

– Смотри и делай, как я, – сказал один из дедков.

Он встал ногами на пыльное сиденье и принялся отдирать старые рекламные плакаты, поддевая их консервным ножом. «Теперь понятно, – подумал я, – откуда берутся все эти плакаты. Их вешают люди».

Каждый картонный плакат крепился на двух металлических полосках, которые надо было снять, чтобы повесить новую рекламу. Полоски были тугими, как самые плотные пружины, и согнутыми по контуру стены.

Мне дали попробовать снять плакат. Металлические полоски сопротивлялись моим усилиям. Категорически не желали сдвигаться. Я порезал пальцы об острые края. У меня пошла кровь. Сперва нужно было снять старый плакат, потом – закрепить новый. На каждый плакат уходило по целой вечности. Это был бесконечный процесс.

– Сейчас прямо поветрие в Нью-Йорке, у всех мандавошки, – сказал один из дедков.

– Правда?

– Ага. Ты ведь недавно в Нью-Йорке?

– Ага.

– И ты, то есть, не знаешь, что тут у всех мандавошки?

– Не знаю.

– Так вот. Вчера до меня домогалась одна красотка. Хотела, чтобы я ей заправил. А я сказал: «Нет, малышка, никакого разврату».

– Правда?

– Ага. Я сказал ей, что я ее трахну, если она даст мне пятерку.

– И что, она дала пятерку?

– Нет. Предложила мне банку грибного супа.

Мы добрались до конца вагона. Дедки вышли наружу и направились к другому вагону, стоявшему ярдах в пятидесяти от первого.