Красное и черное

Красное и черное

Стендаль (Мари-Анри Бейль)

Роман «Красное и черное» – это трагическая история жизненного пути Жюльена Сореля, мечтающего о славе Наполеона. Делая карьеру, Жюльен следовал своему холодному, расчетливому уму, но в глубине души всегда был в бесконечном споре с самим собой, в борьбе между честолюбием и честью.

Но честолюбивым мечтам не суждено было свершиться.

Фредерик Стендаль

Красное и черное

Часть первая

Правда, горькая правда.

    Дантон

I.

 Городок

Put thousands together – less bad,

But the cage less gay.

    Hobbes[1 - Посадите вместе тысячи людей получше этих, в клетке станет еще хуже. Гоббс (англ.).]

Городок Верьер, пожалуй, один из самых живописных во всем Франш-Конте. Белые домики с островерхими крышами красной черепицы раскинулись по склону холма, где купы мощных каштанов поднимаются из каждой лощинки. Ду бежит в нескольких сотнях шагов пониже городских укреплений; их когда-то выстроили испанцы, но теперь от них остались одни развалины.

С севера Верьер защищает высокая гора – это один из отрогов Юры. Расколотые вершины Верра укрываются снегами с первых же октябрьских заморозков. С горы несется поток; прежде чем впасть в Ду, он пробегает через Верьер и на своем пути приводит в движение множество лесопилок. Эта нехитрая промышленность приносит известный достаток большинству жителей, которые скорее похожи на крестьян, нежели на горожан.

Однако не лесопилки обогатили этот городок; производство набивных тканей, так называемых мюлузских набоек, – вот что явилось источником всеобщего благосостояния, которое после падения Наполеона позволило обновить фасады почти что у всех домов в Верьере.

Едва только вы входите в город, как вас оглушает грохот какой-то тяжело ухающей и страшной на вид машины. Двадцать тяжелых молотов обрушиваются с гулом, сотрясающим мостовую; их поднимает колесо, которое приводится в движение горным потоком.

Каждый из этих молотов изготовляет ежедневно уж не скажу сколько тысяч гвоздей. Цветущие, хорошенькие девушки занимаются тем, что подставляют под удары этих огромных молотов кусочки железа, которые тут же превращаются в гвозди. Это производство, столь грубое на вид, – одна из тех вещей, которые больше всего поражают путешественника, впервые очутившегося в горах, отделяющих Францию от Гельвеции.