Любовь дарующие: рассказы о любви, надежде и мурчащих котах

А ты его на такого… тратишь. Перегоришь, девочка, потом уже ничего не захочешь.

Настя сидела, опустив голову. С тех пор как не стало мамы, с ней никто так не говорил. Никому не было дела до того, как она живет.

– Ты ведь с ним связалась, потому что хотела, чтобы рядом был кто-то, на кого опереться можно, так? – Зинаида обняла Настю и прижала к себе.

– Как вы поняли? Ох, теть Зин, без мамы так плохо! – Настя все-таки разревелась.

– Кто ж спорит? Была бы Лида рядом, разве ж она позволила бы такому к тебе подойти хотя бы.

Поганой метлой гнала бы.

– Я знаю…

– А раз знаешь, так и не тревожь! Знаешь, Настена, когда Андрейка маленький был, я все думала, что вот посмотрит на меня Катя оттуда и покачает головой. Как это я ее сына воспитываю? Очень это на место ставит. Вот и ты подумай, что Лида увидит, глядя на тебя?

– Ничего хорошего…

– Врешь! Что в тебе плохого-то? Вон какая красавица выросла. Учишься. Тебе бы еще парня хорошего, и все было бы замечательно. Но это дело наживное.

Главное, себя не теряй. Что ж ты худая такая, Настасья? Полчаса тебя тискаю, а все никак мягкого места не найду. Одни кости торчат.

– Так положено, – Настя улыбнулась сквозь слезы. – Вот карьеру брошу, тогда и поесть можно будет по-человечески. Я к вам первым делом приду. Вы мне пирожков напечете? Я помню, какие они у вас вкусные.

– Да хоть завтра!

– Не. Пока рано. Мне еще за учебу платить и жить на что-то надо, – Настя встала со скамейки. – Спасибо! – она наклонилась и поцеловала Зинаиду в щеку.

 – Как с мамой посидела, поговорила. Спасибо…

– Иди с Богом! – Зинаида махнула рукой, пряча лицо. Увидят, что глаза на мокром месте, сразу можно попрощаться с авторитетом. – Санька! Ты куда полез? Грохнешься – матери тебя лечить!

Сашка, который преодолел уже половину тополя, росшего у соседнего подъезда, замер, прижавшись к стволу всем телом.

– Теть Зин, там котенок! Со вчерашнего дня кричит. Туда залез, а слезть не может, – Аринка, дочка соседки Зинаиды по лестничной клетке, показала на верхние ветки.

 – Вон он сидит, видите?

Зинаида тяжело поднялась и пошла к дереву.

– Вижу-то я вижу, не слепая. Да только ты, Санька, его не снимешь. Не достанешь. Там кто повыше нужен.

Через полчаса у тополя стояла лестница, и дворник вручил Зинаиде сердито шипящего котенка.

– Получайте!

– Спасибо тебе! Ишь какой сердитый!

Зинаида взяла в руки пушистый комок и прижала его к себе. Котенок тут же перестал брыкаться.