Страна Соболинка

Жены, детей нет дома: уехали к теще на неделю… Можно скромно посидеть, поговорить. Давно не виделись!

В большей степени приглашение хозяина квартиры относилось к Лене. Толик и Шура были здесь не единожды, поэтому просто ввалились, не разуваясь, в скромную комнату. Девушка, после того как Анатолий помог ей снять пальто, скромно осмотрела две небольшие комнаты, с улыбкой оценила скромное существование семьи Сергея, потом прошла на кухню:

– Мальчики! Раздвигайте стол, я сейчас быстро что-нибудь приготовлю!

Серега тайно протянул брата за рукав в коридор, зашептал:

– Кажется, ничего баба! Хозяйственная, скромная.

Ты где ее нашел?

– В косогоре черемшу собирала, – с хитрой улыбкой ответил тот.

– Ну, смотри, братуха, может, второй раз повезет! – и уже громко, во всеуслышанье: – Ну, вы тут готовьте, а я машину в гараж поставлю! – и опять Сереге на ухо: – Твоя комната дальняя!

Застолье было недолгим, но шикарным. Лена и правда оказалась неплохой хозяйкой. Она быстро, в течение часа, приготовила несколько блюд из полуфабрикатов, сделала четыре коктейля, украсила все должным образом и рассадила всех по своим местам.

Все трое, Анатолий, Серега и Шура лишь успевали разводить руками: как это Лена все делает быстро, аккуратно? На часах половина первого, обед, а у них столько дел сделано и к банкету готовы. Кто-то из них задал вопрос:

– Когда и где ты этому научилась?

– Специализация заставляет, – стрельнув взглядом, интригующее ответила Лена. – В моей профессии так: надо все делать вовремя и быстро!

– А что за профессия?

– Об этом чуть позже, – загадочно улыбнулась девушка и загадочно приподняла указательный палец, – пока это секрет!

– В колхозе доярка, – пошутил Шура.

– Может быть, в какой-то степени, – продолжала гостья. – Лучше вы мне что-нибудь о себе расскажите: охота – это так интересно!

Про охоту Шура мог рассказывать сутками. Особенно в присутствии прекрасного пола. В такие часы на него вдруг нападали медведи целыми семействами, а он один с ножом вступал с ними в схватку и выигрывал поединок.

Или любил прихвастнуть, что в день добывал по сорок соболей, что в промхозе он считается передовым промысловиком и что-то еще в этом роде. Анатолий не перебивал: пусть врет, жалко, что ли? Правда – она все равно, как пена в воде, выплывает на поверхность. Серега иногда вставлял в речи хвастливого зайца какое-то колкое слово, на что Шура осаждал человека города:

– Не умеешь врать – не перебивай!

Лена слушала, затаив дыхание.