Слёзы чёрной речки

Он просачивался, растворялся в тайге и, как неизменный, никогда не обманывающий барометр, вел за собой ласковые лучи солнца. Приветствуя наступающее утро, пробовало свои голоса птичье братство.

«Сегодня будет отличная погода!» – подумал Андрей, выскочив из теплого собачьего спальника. От утренней свежести по телу прошел легкий озноб, и Андрей поспешил развести костер в надежде выпить обжигающую кружку смородинового кипятка. В умелых руках охотника весело пыхнули заблаговременно приготовленные сухие кедровые щепки.

Огонь с живостью охватил дрова и горячими языками обжег закопченное днище котелка.

Услышав шум в стане людей, с черемшаной поляны призывно заржал Марат, проверяя местонахождение своего хозяина. Андрей негромко ответил, протяжным свистом подзывая своего любимца. На зов из глубины тумана послышался едва различимый шум, быстро перерастающий в глухие шаги. Четвероногий друг спешил к человеку. Не прошло и минуты, как из непроглядного молока большим черным пятном, напоминающим огромного сохатого, спешащего на зов сохатухи, выплыл черногривый жеребец.

– Как прошла ночь? Отдохнул хорошо? Комары не кусали? – спрашивал юноша Марата, ласково поглаживая по лоснившейся гриве. На дружелюбную речь конь ответил шумным храпом, трепетным поцелуем бархатных губ и настойчивым требованием склоненной головы.

– Ах ты, попрошайка! Как тебе не стыдно? Зачем в карман лезешь? Хлеба захотел? Знаю-знаю, что тебе надо! – приговаривал Андрей с улыбкой, поглаживая преданного друга.

Не испытывая терпения Марата, он полез в карман и вытащил лакомство. С выражением истинного удовольствия конь стал жевать подсоленный хлеб.

Внезапно он приостановил свое ответственное занятие и, повернув голову, посмотрел за спину Андрея. Юноша резко повернулся. Улыбающаяся Маша тянула руку с куском подсоленного хлеба.

Умными глазами Марат вопросительно посмотрел на Андрея: «Брать или нет?»

– Возьми! – с улыбкой разрешил Андрей и нежно потрепал жеребца по щеке.

Конь потянулся вперед, вдохнул аромат предлагаемого лакомства, и кусочек хлеба исчез в его губах.

– Почему так рано встала? – удивился Андрей.

– А почему не спишь ты? – выстрелила она глазами и, смущаясь его взгляда, покраснела.

– Я? Не знаю… Вот чай кипячу… Что-то не спится… – не находя слов, пробормотал Андрей.

– Вот и мне не спится. Не хочу. Не могу спать… Такое хорошее утро! – подражая ему, ответила Маша и заговорила о Марате: – Какие у него губы мягкие.