Полигон

Даже в рамках одного комитета и министерства порой не каждый кабинет имел допуск к подземным лабораториям, исследовательским аренам и замороженным образцам бактериологических смесей, что скрывала под собой земля полигона. Согласование посещения подземных территорий занимало продолжительное время: проверки безопасности устраивали одинаково полно, в независимости от звания и известности служащего-посетителя – обычный капитан и федеральный министр подвергались тщательному осмотру при проходе на полигон, а до этого по всем связанным комитетам выяснялась необходимость и веская причина посещения.

Каждый побывавший в бункерах полигона хранил молчание, как нерушимую клятву, как священный обет. И у военных есть и остаются тайны, которые гражданскому населению знать не стоит.

Сегодня, как несколькими днями ранее, подъезд к военно-испытательному полигону, и так охраняемому объекту, был ограничен еще строже. Уже за две сотни метров до разрешительного шлагбаума, открывавшего путь к съезду с трассы вглубь леса, стояли автомобили военно-следственного отдела.

Сезонов остановил «ниву» раньше, понимая, что его развернут даже на этой точке. Он вышел из машины и остался стоять возле нее, высматривая людей вдалеке, уводя взгляд в сторону леса, куда по дорожке только что прошли трое из комитета, натягивая на лицо светлые респираторы.

К нему медленно приближалась черная «лада». Припарковав легковушку напротив «нивы», из машины вышел офицер с раздраженным лицом и направился к Сезонову, резко махнул рукой у козырька, с первых секунд включив в голос нотки угроз и претензий:

– Старший следователь Аверченко.

Здесь нельзя находиться, разворачивайтесь. Идет следствие. Вы кто? Предъявите документы.

Сезонов молча протянул руку в салон своего автомобиля через опущенное стекло у водительского кресла, взял с приборной панели служебное удостоверение и паспорт и так же, без слов, передал следователю.

Аверченко полминуты вчитывался в корочку, взглянул на документ, открыл было рот, но, распознав в глазах следователя готовый вопрос, подполковник опередил его своим ответом:

– За обложкой – вкладыш, который всё пояснит.

Аверченко взглянул на Сезонова исподлобья, вынул и расправил документ, внимательно вчитываясь в него, а потом так же бесстрастно сложил и убрал за обложку, подвигав желваками.