Энеида

Подумавши там, погадавши,

Вскочила на ноги опять.

Взяла кремень за печкой, серы,

Да тряпок масляных без меры,

Тихонько вышла в огород.

Ночною было всё порою,

Когда уже, само собою,

Спокойно спал честной народ.

Стоял у ней на огороде

Большой стог сена для коров.

Оно и не по-царски вроде,

Да степь кругом и нету дров;

Что оставалось бедной делать?

Кругами стала баба бегать,

Огнивом щелкать, серу жечь,

Сумела тряпочки зажечь,

Кострище вспыхнул – будь здоров.

Костер она плотней сметала,

Сняла одежду, оголясь,

В костер обноски побросала,

Сама в огне том разлеглась.

Вокруг ёй пламя запылало,

Несчастную не видно стало,

Поднялся к небу дым, угар.

Энея так она любила,

Что вот сама себя сгубила,

Душа её ушла в Тартар.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Эней, поплывши синим морем,

На Карфаген смотрел порой;

Он со своим боролся горем,

Давился грустною слезой.

Хоть от Дидоны плыл он спешно,

Но плакал горько, безутешно.

Прослышав, что в огне спеклась,

Сказал: «Пусть вечное ей царство,

А мне – при жизни государство,

И чтоб еще вдова нашлась!»

Вдруг море как-то всколыхнулось,

Крутые волны поднялись,

И ветры бойкие задули,

Челны на море затряслись.

Водою черт-те как крутило,

Что всех едва не утопило,

Вертелись лодьи как юла.

Троянцы в страхе задрожали,

А делать что – оне не знали,

Казалось, все: пришла хана.

Один Энеевой ватаги,

Что по-троянски Палинур;

В нем было больше всех отваги,

Он смелый был и балагур;

Он раньше всех тут спохватился,

К Нептуну дерзко обратился:

«А ну, старик, умерь свой пыл!

Ты что, врагом стал нашим тоже?

Так поступать тебе негоже!

Или про взятку позабыл?»

Сказав свое Нептуну слово,

Он обратился к землякам:

«Бывайте, братцы, все здоровы!

Нас тут относят к дуракам.

Куда, ребята, дальше шляться?

В Италию, знать, не пробраться,

За что-то море мстит сполна,

Италия отсель не близко,

А морем в бурю ехать слизко,

Не подкуешь же ты челна?

Вот тут землица есть, ребята,

Отсель она недалеко:

Сицилия, добром богата,

Добраться до нее легко.

Давайте лодьи к ней направим,

Там горести свои оставим,

Там добрый царь живет Ацест.

Мы там как дома жизнь наладим,

И как обычно загуляем,

Там у него что хочешь есть».

Троянец каждый ободрился,

Как будто вдруг увидел порт.