Гостинодворцы. Купеческая семейная сага

Жена и дети существовали для него, как и для всякого увлеченного своим делом коммерсанта, только как цель, для которой он работал, вкладывая в эту работу всю наличную энергию и все силы своего ума. Заглядывать же в душу каждого члена семьи у него не было ни времени, ни охоты, ни нужды. Жена – жена и есть, в сущности, баба, у которой вся дорога от печи до порога. Дети – все дети, то есть Иваны, Андреи, Петры, до последнего издыхания главы семьи обязанные покоряться и слушаться во всем отца. Философия домостроя не дозволяет никаких уклонений в сторону, и поэтому Афанасий Иванович, воспитанный в правилах домостроя, не интересовался никогда внутреннею жизнью жены и детей.

– Папаша, приехали-с! – дотронулся Иван до плеча отца.

Афанасий Иванович вздрогнул, посмотрел на свой дом и вылез из пролетки.

– Андрей дома? – справился он у выбежавшей на крыльцо горничной.

– Дома-с, в саду, кажется.

Аршинов молча прошел в сад и крикнул:

– Андрей, тут, что ль, ты?!

– Здесь, здесь, папаша! – показался из-за кустов старший сын Афанасия Ивановича и остановился в почтительной позе.

– Пойдем, мне надо посоветоваться с тобой, – озабоченно проговорил Афанасий Иванович, беря под руку Андрея.

Андрей вытянул, как гусь, голову вперед и насторожил уши.

– Со смотрин я, – начал Афанасий Иванович и остановился.

– Ну, что же-с, – спросил Андрей, – пондравилась?

– Девка-то? Ничего. Подходяща.

– Я сам так думаю, что для Ивана партия хорошая.

– Хороша-то хороша, да запятая махонькая есть, обдумать нам надо.

– Обдумаем, обдумаем, папаша, да вы присядьте на скамеечку лучше, сидя-то голова спокойнее работает-с.

Аршиновы уселись и принялись обдумывать план действий.

Иван зашел к матери, перекинулся с ней несколькими словами и поспешил в комнату Сергея.

Из окна он увидал сидевших в саду отца с братом и улыбнулся.

– Обмозговывают! – проговорил он вслух. – Андрей все в затылке чешет, стало быть, я им хорошую загвоздку запустил…

Иван осмотрелся и презрительно щелкнул по корешкам книг, стоявших на полках.

– Книгоед настоящий! Ишь ты, сколько их набрал, на хороший полок не уложишь, а где ж его пистолета-то? Неужли с собой взял?.. Стой, вот он… как его взять только… вдруг возьмет да и выпалит?.. Ну его к шуту, еще убьет сдуру…

Иван прислушался и крикнул:

– Аркадий Зиновьич, вы дома?!

За стенкой послышалось кряхтенье.