Правдивая история

Для защиты я покрыла тетрадь самоклеящейся пленкой, но прошу вас во всяком случае не оставлять ее под дождем.

К собственному удивлению, Хазард поймал себя на том, что улыбается.

Джулиан

Входя к себе, Джулиан содрал записку с входной двери. Он даже не остановился прочесть ее. Он знал, что там написано, и, кроме того, записка была составлена заглавными буквами, что казалось ему немного грубым и кричащим, не заслуживающим внимания.

Джулиан налил себе чашку чая, уселся в кресло, развязал шнурки, скинул ботинки и положил ноги на потертую тахту, покрытую гобеленом.

Потом взял последний номер глянцевого журнала «Харперс базар», который понемногу просматривал, чтобы хватило до конца недели. Он начал уже входить во вкус, когда его грубо прервал стук в окно. Чтобы его голову не увидели сзади, Джулиан пониже опустился в кресле. За последние пятнадцать лет он поднаторел в игнорировании посетителей. То, что почти все это время его окна не мылись, было ему на руку. Мутные стекла являли собой счастливое нечаянное следствие его неряшливости.

Пытаясь привлечь его внимание, соседи Джулиана становились все более навязчивыми. Он со вздохом отложил журнал и взял в руки оставленную ему записку. Потом прочел ее, поморщившись при виде восклицательного знака после своего имени.

МИСТЕР ДЖЕССОП!

НАМ НАДО ПОГОВОРИТЬ!

МЫ (ВАШИ СОСЕДИ) ХОТИМ ПРИНЯТЬ

ПРЕДЛОЖЕНИЕ СВОБОДНОГО СОБСТВЕННИКА.

НАМ НУЖНО ВАШЕ ОДОБРЕНИЕ,

БЕЗ КОТОРОГО МЫ НЕ МОЖЕМ ДЕЙСТВОВАТЬ.

ПОЖАЛУЙСТА, КАК МОЖНО БЫСТРЕЕ

СВЯЖИТЕСЬ С ПАТРИСИЕЙ АРБАКЛ, № 4!

Свой коттедж Джулиан приобрел в 1961-м, когда ему оставалось еще шестьдесят семь лет аренды. В его двадцать с небольшим лет это представлялось вечностью и не вызывало ни малейшего беспокойства. Теперь по договору оставалось лишь десять лет, и собственник отказывался продлевать аренду, поскольку намеревался использовать землю, на которой стояли коттеджи, для строительства корпоративного развлекательного комплекса, что бы это ни значило, для стадиона «Стэмфорд-Бридж».

Стадион расширялся и модернизировался вокруг Джулиана за те годы, пока художник жил в его тени, а сам Джулиан постепенно съеживался и становился старомодным. Теперь стадион готов был взорваться, как чудовищный карбункул, сметая их всех потоками гноя.

Джулиан понимал, что логично было бы сказать «да». Если они позволят истечь сроку договора аренды, их собственность обесценится.