Роман с риторикой. Повесть-самоучитель

Разве можно выбирать область своих новых интересов по критическим отзывам? Только любящему взору открывается вся правда о любимом, а вы меня наслушались и теперь отметаете психологию. Но ваше право. В культурологии есть общественно-историческая школа, которая скучна и смахивает на историю философии. Есть школа, название которой забыл, она поинтереснее и объясняет культуру через психику человека, но вам психология почему-то не нравится. Есть социологическая школа, которая культуру сводит к социуму, не очень занимательно, мне кажется.

А есть современная символическая школа, которая объясняет зарождение, развитие и устройство культуры через коммуникацию между людьми. А где коммуникация, там и семиотика, там и риторика, очень удобно. Символическую школу и берите. Можно листок и ручку? – Роман начал мелко писать имена и фамилии. – Когда будете искать учителя из какого-нибудь приличного вуза, скажите ему, что вы должны познакомиться со взглядами этих ученых.

Анастасия, взяла протянутый Романом лист бумаги и начала читать вслух, в каждом втором слове делая неправильное ударение:

– Кассирер, де Соссюр, Клод Леви-Стросс, Лотман, Топоров, Вячеслав Всеволодович Иванов, Мелетинский…

– Еще у нас был Российский институт культурологии, вам было бы удобно туда обратиться за специалистом, но институт уничтожили в 2014 году, немного вы не успели.

Но думаю, и без того найдете преподавателя.

– А почему его уничтожили?

– Потому что у нас всем плевать на культуру, плевать на науку и дважды плевать на науку о культуре, но вас это должно лишь радовать.

Ведь на фоне общего бескультурья вам будет легче выделиться.

– Хорошо.

– Да не то слово, просто великолепно. Возвращаемся к ораторскому искусству?

– Давайте. Уже в который раз.

Глава четвертая, о вечной молодости

Роман снял с руки часы и положил их перед собой на стол так, чтобы видеть циферблат.

– Да, – прокомментировала Анастасия его действия, – в этом кабинете нет часов.

Чтобы не отвлекали от работы.

– А меня пугает неограниченная временными рамками работа, – ответил Роман. – Это как в казино, где нет не только часов, но и окон. Можно слишком увлечься.

– Работой?

– Ею, она же как наркотик. Если заметили, когда я к вам пришел, я был угрюм и мрачен, а сейчас разошелся – это работа так действует.

– Честно говоря, не заметила.

– Я умею хорошо притворяться. И вообще обманывать. Разумеется, в педагогических целях.