Илиада

Царь Агамемнон равно удержал меднобронных данаев.

Тою порой Афина Паллада и Феб сребролукий,

Оба вознесшися, словно как ястребы, хищные птицы,

60

Сели на дубе высоком отца молненосного Зевса,

Ратями вместе любуясь: ряды их сидели густые,

Грозно щиты, и шеломы, и острые копья вздымая,

Словно как Зефир порывистый по морю зыбь разливает,

Если он вдруг подымается: море чернеет под нею, —

65

Ратей ряды таковы и троян, и бесстрашных данаев

В поле сидели, и Гектор вещал, между ратями стоя:

“Трои сыны и ахеяне храбрые, слух приклоните;

Я вам поведаю, что мне велит благородное сердце:

Наших условий высокоцарящий Кронид не исполнил,

70

Но, беды совещающий, нам обоюдно готовит

Битвы, покуда иль вы крепкобашенный град наш возьмете,

Или падете от нас при своих кораблях мореходных.

Здесь, о ахеяне, с вами храбрейшие ваши герои;

Тот, у которого сердце со мною сразиться пылает,

75

Пусть изойдет и с божественным Гектором станет на битву.

Так говорю я, и Зевс уговора свидетель нам будет.

Если противник меня поразит сокрушительной медью,

Сняв он оружия, пусть отнесет к кораблям мореходным;

Тело же пусть возвратит, чтоб трояне меня и троянки,

80

Честь воздавая последнюю, в доме огню приобщили.

Если же я поражу и меня луконосец прославит, —

Взявши доспехи его, внесу в Илион их священный

И повешу во храме метателя стрел Аполлона;

Тело ж назад возвращу к кораблям обоюдувесельным.

85

Пусть похоронят его кудреглавые мужи ахейцы

И на брегу Геллеспонта широкого холм да насыплют.

Некогда, видя его, кто-нибудь и от поздних потомков

Скажет, плывя в корабле многовеслом по черному понту:

– Вот ратоборца могила, умершего в древние веки:

90

В бранях его знаменитого свергнул божественный Гектор! —

Так нерожденные скажут, и слава моя не погибнет”.

Рек, – и молчанье глубокое все аргивяне хранили:

Вызов стыдились отвергнуть, равно и принять ужасались.

Вдруг восстал Менелай и вещал между сонма ахеян,

95

Всех упрекая жестоко и горестно сердцем стеная:

“Горе мне! о самохвалы! ахеянки вы – не ахейцы!

Срам для ахейских мужей из ужасных ужаснейший будет,

Если от них ни один не посмеет на Гектора выйти:

Но погибните все вы, рассыпьтесь водою и прахом,

100

Вы, сидящие здесь, как народ без души и без чести!

Я ополчуся и выйду на Гектора! знаю, что свыше

Жребий победы находится, в воле богов всемогущих”.