Илиада

Если б, о Зевс Олимпийский, Афина и Феб луконосец!

Если б у каждого в персях подобное мужество было,

290

Скоро пред нами поникнул бы град крепкостенный Приама,

Наших героев руками плененный и в прах обращенный!”

Так произнесши, оставил он их и к другим устремился.

Встретился Нестор ему, сладкогласный вития пилосский:

Строил свои он дружины и дух распалял их на битву.

295

Окрест его Пелагон возвышался, Аластор и Хромий,

Гемон, воинственный царь, и Биант, предводитель народов.

Конных мужей впереди с колесницами Нестор построил;

Пеших бойцов позади их поставил, и многих и храбрых,

Стену в сражениях бурных; но робких собрал в середину,

300

С мыслью, чтоб каждый, когда не по воле, по нужде сражался.

Конникам первым давал наставленья, приказывал им он

Коней рядами держать и нестройной толпой не толпиться.

“Нет, – чтоб никто, на искусство езды и на силу надежный,

Прежде других не пылал впереди с сопостатами биться,

305

Или назад обращаться: себя вы ослабите сами.

Кто ж в колеснице своей на другую придет колесницу,

Пику вперед уставь: наилучший для конников способ.

Так поступая, и древние стены и грады громили,

Разум и дух таковой сохраняя в доблестных персях”.

310

Так им советовал старец, давно испытанный в бранях.

Царь Агамемнон, узрев и его, веселится душою

И, обратяся к нему, устремляет крылатые речи:

“Если бы, старец, доныне еще, как душа твоя в персях,

Ноги служили тебе и осталися в свежести силы?

315

Но угнетает тебя неизбежная старость; пускай бы

Мужи другие старели, а ты бы блистал между юных!”

И Атриду ответствовал Нестор, конник геренский:

“Так, благородный Атрид, несказанно желал бы и сам я

Быть таковым, как я был, поразивший Эревфалиона[276 - Эревфалион – силач-аркадец, побежденный в юные годы Нестором.

320

Но совокупно всего не дают божества человекам:

Молод я был, а теперь и меня постигнула старость.

Но и таков я пойду между конными; буду бодрить их

Словом моим и советом: вот честь, остающаясь старцам.

Копья пускай устремляют ахеяне младшие, мужи,

325

Родшиесь после меня и надежные больше на силу”.

Так произнес, – и Атрид удаляется, радостный сердцем;

Он Менесфея, отличного конника, близко находит

Праздно стоящим, и окрест – афинян, искусных в сраженьях.