Добро пожаловать на тот свет

Я пришла к умозаключению, что моя голова, моя вовсе некрасивая и разбитая голова, для Захара открытая книга – этакий сборник наивных сказок, открытый на нужной странице, которую он перевернет, предварительно плюнув на длинные пальцы. Неприятнейшее ощущение! А еще я поняла, что Захар уже и это «прочел», и специально (пусть читает дальше) искренне подумала, что он красивый, может, не для всех, но для меня точно очень привлекательный мужчина.

– Ты так считаешь? Да? Я красив? – и Захар широко улыбнулся.

– Да! Красивый и очень необычный, ты мне нравишься.

Слушай, а тебе обязательно надо читать все мои мысли? – уточнила я вслух.

– Я должен знать каждую мелочь про всех, – он пристально посмотрел мне в глаза, указывая при этом на двери по разные стороны, подразумевая тех, кто недолго жил или бесконечно умирал за ними (не знаю, как правильнее выразиться). – Но не думай об этом, Роза. Мне импонирует твой «сборник наивных сказок». Кстати, обещаю, что никогда не стану слюнявить пальцы.

– И на этом спасибо! – я изобразила кривой-прекривой реверанс.

Вообще-то я сговорчивая, если надо исследовать мои куриные мозги, вперед, но не обижайтесь, если испачкаетесь в едком помете. Да и вряд ли там есть нечто интересное, я не обременяю собственный мозг высокопарными мыслями или научными гипотезами, те же учителя никогда не считали меня способной.

Захар громко рассмеялся, даже шаг замедлил, потом откашлялся и ответил на один каверзный вопрос в моих глазах:

– Роза, ты смешная, симпатичная и добрая.

И, пожалуйста, не трогай веснушки, они тебе очень идут. И еще, никого и ничего не бойся, тебе здесь будет хорошо, у нас никто никого не обижает. Договорились?

Моя курья голова кивнула, но почему-то в ней крутились Катины слова «знаешь, везде мертвые котята…». Как же! Не обижают!

– Ничего, скоро сама все поймешь. А сейчас нам сюда, – и так как я читать мысли не умела, Захар указал на нужную дверь и распахнул ее передо мной.

Она была обычного белого цвета, не черная, не цветная.

Простая белая дверь.

И комната тоже оказалась вполне обычный. Просторной, с окном, с кожаным диваном, креслами и журнальным столиком, на котором стояли две фарфоровые чашки, и, судя по аромату, витавшему в воздухе, в них был свежесваренный кофе. В углу имелась небольшая раковина, над ней висело зеркало, а рядом полотенце. У стены расположился сервант. На полу лежал бордовый ковер, поэтому, не дожидаясь приглашения, я сняла туфли.