Первые книги человечества: Шумер, Египет, Вавилон, Библия

Лично я придерживаюсь концепции №1, она представляется понятной и справедливой, хотя сравнительно доброй является и концепция №2, но она как бы в целях утешения пропагандируется. В целом, "всеобщее спасение" – оно как бы усыпляет: делай что хочешь, все равно когда-то все спасутся, и ты в том числе, то есть оно хотя бы нейтрально по отношению к нравственному выбору. Концепции, объединенные под №3, – неприкрыто сатанинские и исходят из того, что в мире царствует и всегда будет царствовать зло.

18. Хождение Гильгамеша в преисподнюю – текст

(Как обычно, делаю такой типа пересказ с пропусками, причем пересказывать пытаюсь за счет цитат из текста, то есть делаю "реферат").

В те далекие дни, в те далекие ночи, в те далекие годы, когда люди впервые попробовали хлеб, когда небо было отделено от земли, и Ан взял себе небо, Энлиль – землю, а нижний мир достался Эрешкигаль. Когда он поставил парус, когда Энки поставил парус, поставил парус для нижнего мира, против Энки поднялся шторм из камней – маленькие камни были как молотки, а большие как камни из катапульты.

И волны атаковали корабль Энки, как львы свою добычу.

В то время у реки Евфрат росло дерево халуб. Укрепил его южный ветер, взрастил его святой Евфрат. Женщина, которая почитает Ана, которая почитает Энлиля, взяла дерево и принесла его в Урук, в сады Инаны. Прошло пять лет, прошло десять лет, дерево выросло огромным, у корней его сделал себе гнездо магический змей, в ветвях его свила гнездо птица Анзу. В стволе его сделала себе дом невидимая девушка, девушка, которая смеется с радостным сердцем.

И заплакала святая Инана.

Когда взошла заря, когда стал ясным горизонт, когда Уту вышел из своей спальни, сестра его Инана говорит молодому воину Уту: "Брат, в наши дни, когда судьба определилась и боги уже все поделили, когда Энки решил отправиться на лодке в нижний мир против него поднялся шторм из камней, и волны атаковали корабль Энки, как львы свою добычу.

И в это время у реки Евфрат росло дерево халуб. Укрепил его южный ветер, взрастил его святой Евфрат.

И я, женщина, которая почитает Ана, которая почитает Энлиля, взяла дерево и принесла его в Урук, в сады Инаны. Я посадила его своими ногами, а не руками, я поливала его ногами, а не руками. Пять лет прошло, десять лет прошло, дерево выросло огромным, у корней его сделал себе гнездо магический змей, в ветвях его свила гнездо птица Анзу. В стволе его сделала себе дом невидимая девушка, девушка, которая смеется с радостным сердцем.