Цварг и его эликсир молодости

И тут увидела, что огонь в камине не горит и дома никого нет. У камина сидела Тучка, уставившись в дымоход. Страшная догадка пронзила меня и я закричала, заглядывая в чёрное закопчённое отверстие дымохода:,, А-а-а! Цварг! Цварг!!! А-а-а-а!!!", затем стала руками разгребать, не знаю зачем, недогоревшие кусочки дров, уткнулась лицом прямо в пепел и заплакала, заголосив:,,Ушли, ушли! … Бросили, бросили меня!!! И не нужна мне, не нужна ваша ,,УТРАСРА"!!! А-а-а-а!!! Забирайте, забирайте её, но вернитесь!!! Вернитесь! А-а-а!!!" Плакала я долго, размазывая по лицу пепел.

И тут за спиной услышала знакомый

– А, нюни-то, нюни какие мы распустили!

– Цварг!!! – Бросившись к нему, взяла его на руки и крепко, крепко прижав к себе, быстро проговорила, глотая слёзы. – Милый, милый, милый!

– Ой! Отпусти! Раздавишь! Пеплом всего обмутызгала! – улыбаясь, проворчал Цварг. – А, ну-ка, в ванную умываться!

Я радостно побежала умываться.

Пока я смывала с лица пепел, Цварг принёс из кухни табурет и поставив рядом, вскарабкался на него. В его руках я увидела полотенце.

– Ну, а сейчас вытремся, горе ты луковое, вот я сам оботру тебя и ты станешь поспокойнее… Вот так! Я думал, что люди немного поумнее!

– Другие умнее и намного! А я нервная!

– Уже догадался! Ой, что это у тебя с лицом!? – испугано произнёс Цварг и я рысью ринулась к зеркалу.

Лицо! Ах, какое стало моё лицо! Я помолодела на семь, нет, на десять лет! Овал лица подтянулся, морщинки над бровями исчезли, глаза стали больше и ярче.

Вот это лифтинг!

Человечки возились у камина, разжигая огонь, а я всё стояла, стояла у зеркала и не могла, не могла налюбоваться и нарадоваться тем изменениям, что произошли со мной.

Приятное созерцание своего отражения прервал громкий и настойчивый стук во входную дверь. Подойдя на цыпочках и посмотрев в дверной глазок, увидела свою соседку Любу, продолжавшую настойчиво тарабанить.

Я ещё только слегка приоткрыла дверь, но Любка уже влетела в прихожую. В руках она держала пустую баночку из под майонеза. И, как обычно, с порога затараторила:

– Ой, Ритусик, привет! Я ненадолго! Отлей, если есть, маслица растительного, в магазин бежать далеко. Затеяла оладушки печь! …Хватилась, а в доме – ни яиц, ни молока, ни масла! – и она засеменила следом за мной на кухню.