Внутри детства

Убаюканные солнцем, они лежали на дне неподвижные, словно мечтали о жирной приманке, которая уносила рыбу в пескариный рай.

Червей для наживки чаще всего добывали на берегу под камнями. Переворачивая булыжники, Тоша видел, как разбуженные светом личинки жалко корчились в поисках потерянной темноты, и всегда думал, что существовать так могут только слепые.

– Как хорошо, что мы не черви, – говорил он Антону. Но тот, пожимая плечами, предполагал, что черви тоже по-своему счастливы, и жить под землей им, конечно же, нравится.

А потом, весь обмазавшись густой прибрежной грязью, зачерпнув чёрное месиво в ладони, носился за Тошей, распугивая пескарей.

– Неет! Не надо, я не хочууу! – хохоча, убегал от него Тоша и, задрав голову, громко кричал зачем-то в небо. – Я не червяк! Я не червяк, слышишь!

Антон, ныряя в тёплую воду, фыркал, смывал с себя остатки земли и радостно вторил ему:

– Видишь, я тоже больше не червяк!

Масловское озеро являлось настоящей достопримечательностью. Его глубина, его форма, похожая на воронку, и его берега, круто обрывающиеся у самой воды, свидетельствовали о том, что водоём образовался на месте старого кратера.

Лет двадцать назад в село даже приезжали исследователи брать пробы земли и воды, предполагая, что однажды на этом месте упал небольшой астероид. И хоть достоверно эта версия подтверждена не была, и никто из учёных в Масловку больше не возвращался, местные жители продолжали называть озеро Космическим, приписывая воде разные чудесные свойства. Считалось, что купание в озере смывает грязь не только с тела, но и с души.

Тоша и Антон удили в небольшой заводи, обнесённой россыпью прибрежных валунов. Летом бухточка неизменно мелела, обнажая серое дно. Камни на дне были гладкие и безликие, как братья, похожие друг на друга. Все, кроме одного. Он держался особняком и отличался необычной для этого места чистотой, будто его вымыли минуту назад. Однажды зелёная стрекоза, поблёскивая прозрачными «лопастями», приземлилась именно на нём.

– Если ловить на стрекозу, то можно даже леща поймать, – прошептал Антон, осторожно подкрадываясь к застывшему насекомому. Но стрекоза, сделав несколько резких манёвров, исчезла за ближайшей осокой. Антон, бросившись вослед, споткнулся и упал к самому подножию чистого камня.

– Смотри! – закричал он вдруг. – Смотри, этот камень зеркальный!

И действительно, у самой земли камень имел глянцевую, словно отполированную поверхность.