Золотой тупик IV

Соседи, шёпотом переговариваясь, тихонько вышли, а побледневший и испуганный Лука вошёл в домик отца. Отец лежал на кровати со спокойным лицом и руками, сложенными на груди. Луке стало страшно, ему показалось, что веки покойного дрогнули, готовые приподняться. Он закрыл глаза, задом попятился к двери, чуть не упав, выскочил из домика. Жена хотела его обнять, но он отнял от себя её руки. Куры шумели в курятнике, петух орал, пёс бесновался.

– Трудно было кур покормить? – зло бросил Лука.

– Да что ж ты за человек такой чёрствый? Кур ему жалко? – заплакала Нинель и убежала в дом.

Предчувствие беды охватывало Луку Матвеевича, ноги сами несли его к курятнику. С колотящимся сердцем он вошёл в хранилище миллионов и остолбенело замер, трясясь, уставился на нелепые пустые, и уже загаженные птицами чемоданы. Он скинул крышку с ларя, петух, запрыгнувший в него, был сбит ударом кулака. Безумными остановившимися глазами Лука Матвеевич смотрел на разорённый схрон и неожиданно завыл, обхватив голову руками.

На этот крик раненого зверя вбежала в курятник Нинель, испуганно проговорив:

– Лука…

Он повернулся к ней, жена отшатнулась.

– Тварь, тварь, старая тварь, подох и отомстил мне, – сквозь слёзы выкрикнул Лука и сел, рыдая, на грязный ящик. Куры слетелись в ларь, толкаясь, принялись за трапезу, выл и грыз цепь Тарзан, тихо плакала Нинель, шёл снег.

– – —

Эдди планировал свои дальнейшие планы: пришло время ехать в Пятигорск возвращать долги. Но позвонил Сергей и, тушуясь, сказал:

– Эдос, прости, конечно, но тебе придётся съехать.

Понимаешь, свадьба у меня, а денег кот наплакал. Короче, прости ешё раз, дружище, я завтра приеду с покупателем на осмотр квартиры, насчёт оплаты мы с ним уже договорились.

Эдди мгновенно решил, как быть и спросил:

– И какая цена?

– Восемь с половиной тысяч зелёных.

– Серёга, я беру за десять.

– Ты серьёзно?

– Совершенно. Пора мне где-то осесть, Москва мне нравится, стану твоим шафером на свадьбе.

Приезжай за деньгами.

Ещё неделя пробежала в оформлении покупки в нотариальной конторе, ещё в каких-то чиновничьих кабинетах, тысяча долларов убежала за скорость оформления. Внезапный звонок Виктора ускорил принятие решений. Виктор радостно орал в трубку: «Эд, Эд, приезжай, Мариша сегодня родила пацана, маленького Эдьку. Обижусь, если не приедешь!»

Сумки с деньгами были подняты в антресоль, с наплечной сумкой он поехал на вокзал.