Кавказские каникулы

В Баладжарах они пересядут на владикавказский поезд, а на Кавказской – на поезд до Ставрополя.

– 4-

Анна, с трудом сдерживая слезы, шла между дядей и тетей. Втроем они окунулись в вокзальную толкотню и суматоху.

– Я хочу домой! – внезапно воскликнула Анна и начала плакать как маленькая.

Но кто ее услышит? Дядя с тетей уже захвачены потоком толпы, который тащит их в разные стороны.

– Держись за мой пиджак, не отходи! – кричит ей дядя. Кричит, а сам при этом удаляется.

И как взяться за пиджак, если ей не поднять даже руку, прижатую густой людской массой, которая расползается подобно квашне, когда ее переваливаешь из одной кадки в другую.

Ноги Анны не касаются земли. Немалых усилий ей стоило зацепиться за дядин рукав, но, оказавшись возле вагона, она обнаружила, что держит за рукав татарина, похожего на торговца, у которого Локсандра покупала яйца. Дядя отстал, толпа оттеснила его к стене вокзала, откуда он подает какие-то знаки. Он что-то произнес, но Анна так и не поняла – не то он с ней попрощался, не то благословил ее, не то велел вернуться. Анна лишь ощутила, как кто-то подхватил ее, сдавив ребра, и она оказалась в вагоне. А тетя Клод как сквозь землю провалилась.

С оторванным воротником Анна попала в купе, где вплотную к ней сел какой-то черкес, так что ее спина касалась его груди, крест-накрест перевязанной патронташами. Свой маленький чемоданчик она крепко держала на коленях, а большой чемодан пропал, она понятия не имела, где он. Она пытается встать и освободиться от объятий черкеса, но вместо этого получает еще одного черкеса, тот сел ей на колени.

Над головой болтаются ноги пассажиров, занявших верхнюю полку. И ноги эти смердят. Черкес, сидящий на коленях у Анны, пахнет конским потом. Те, кто чуть в стороне, пахнут кто чесноком, кто овцами, кто прогоркшим маслом – каждый соответственно своему происхождению и образу жизни.

Калмыки, карачаевцы, лезгины, абхазы, чеченцы, мингрелы, дикари из киргизских степей и казбекских орлиных гнезд… целая глава о Кавказе, которую она до отъезда успела прочитать в большом атласе.

Поезд тронулся, а вместе с его мерными движениями стала постепенно оседать и людская масса, люди начали находить свои руки и ноги. С колен Анны поднялся черкес, поднялась и она сама. Впрочем, на каждой станции ей приходится обороняться от новых захватчиков. Она начинает постигать на практике принцип естественного отбора, который на биологии разъяснялся по трудам Др.