Королева

– Слабый аргумент.

– Какой есть, – пожал плечами Дэвид, а затем добавил уже с другой интонацией: – Мы теряем время. Полетели. Поможешь.

– А что осталось сделать?

– Пока мы надеваем КВО[2 - костюм водяного охлаждения], – ответил за Дэвида Климов. – Надо установить на скафандры заряженные аккумуляторы, емкости с водой и оба кислородных баллона. Справишься одна?

– У меня есть выбор? – усмехнулась Элеонора. – Справлюсь, конечно. Не в первый раз.

– Может, слетать к Родригез и дать ей пинка, чтобы, наконец, начала хоть что-то делать? – раздраженно предложил Лайнт.

– Тогда мы точно задержим выход еще на пару часов. Она же ничего не знает. Придется заново все объяснять. А после этого еще час слушать ее вой и истерики.

– Не хочу оставаться с ней на станции, пока вы будете снаружи, – добавила Элеонора. – Я все сделаю сама, так будет и мне и вам спокойнее. А то эта мадам еще чего-нибудь напутает, погруженная в свои черные мысли.

Перед лицевым щитком шлема маячила спинная часть скафандра русского.

Все-таки кое в чем этот скафандр превосходит его EMU. По крайней мере, его не нужно надевать при помощи второго человека. Русский просто вошел в свой «Орлан-МКС», и задник с расположенным за ширмой на молнии всеми жизненно важными системами Элеонора закрыла за ним потом, как обычную дверь. И весит он меньше, не сто сорок, а всего сто десять килограмм. Что уж говорить об автоматической системе климат-контроля и имплантированной в один из слоев скафандра радиоткани, благодаря которой скафандр начинает выполнять роль рации! Связь, таким образом, должна быть просто отличной.

– Дэвид, Арти. – В наушниках шлема раздался голос Элеоноры. – Декомпрессия выходной камеры заканчивается через пять минут. За девяносто секунд до открытия шлюза дам предупреждение. – Связь стихла, но через несколько секунд вновь ожила голосом Элеоноры: – В «куполе» вижу челнок. Ориентировочно через двадцать минут он будет на прямой линии с точкой выхода.

После этого уйдет на очередной виток вокруг Земли. В следующий раз наши орбиты пересекутся через сто восемьдесят четыре минуты, а это половина запаса кислорода и энергии ваших аккумуляторов.

«Сто восемьдесят четыре минуты» – пронеслось в очередной раз в голове Лайнта. Три часа. И еще примерно полчаса до контакта. После этого, если не удастся закрепиться на поверхности, придется возвращаться на МКС и готовиться к новому выходу в космос.