Рагана

От проклятого леса исходило притяжение, и перебить его не могли ни болезненный вид, ни тревожный запах, ни неестественная, почти могильная тишина, ни даже руны, которые я наконец расшифровала. Это были путеводные знаки. Что-то вроде маяка, светящего сквозь все миры и способного притянуть обратно не только живого человека, но и душу его, если он вдруг заплутает в незримом мире. Кого же звал домой неизвестный волхв?

Кузнец не торопил, но молчала я не потому, что не знала, какой дать ответ. Все же пирожки тут слишком хороши, чтобы так быстро с ними расставаться.

– По рукам. Я остаюсь.

Я бросила прощальный взгляд на Серую Чащу, по-прежнему хранящую угрюмое молчание, и пошла обратно в Приречье.

* * *

Судя по избушке почившей знахарки, к обществу всяческой нечисти приреченцам и впрямь было не привыкать.

Я недоуменно осмотрела вросшее в землю кособокое недоразумение, особое внимание уделив веселенькой зеленой крыше. Зеленая она была не от краски, а из-за обильно произрастающего мха, который сделал дом похожим на пушистого травяного котенка.

Мой взгляд остановился на Артемии с Буром, хмуро застывших рядом. В сравнении с чистенькими, ухоженными, словно пряничными избушками приреченцев обиталище знахарки скорее напоминало логово настоящей ведьмы.

– Не надо на меня так смотреть, – защищаясь, поднял лопатообразные ладони Бур. – Я говорил, что баба была странная. Сколько раз мы ей предлагали новый дом справить, только шипела и плевалась, даже на порог не пускала. Ее с превеликим трудом Василий уговорил печку переложить, а то так и жила бы в дыму и копоти.

Но снести эту страхолюдную хибару так и не позволила.

Артемий согласно кивнул:

– Сколько себя помню, знахарка всегда тут жила. Родители мои ее знавали и родители родителей. Это ж сколько ей весен было, а, Бур?

Кузнец задумался, потом растерянно пожал плечами. Но мне, по правде, было неинтересно, сколько прожила на свете достопочтенная карга. Я уже протирала рукавом окна, заглядывая внутрь. Как ни странно, несмотря на обветшалый вид, от зеленого домика веяло теплом узнавания и принятия.

Будто мы были знакомы давным-давно.

– Ты осмотрись, подумай, что надо будет обновить, а мы уж поможем, – Артемий догнал меня и сунул в руку ключ.

Я кивнула и сжала в пальцах кусочек холодного железа. Но чем дальше, тем сильнее крепла во мне уверенность, что я стану достойной наследницей сумасшедшей знахарки. Менять или трогать что-либо в кособоком домишке мне совершенно не хотелось.