Чёрно-белое колесо

 – Что? Утечку кадров ты остановить можешь? Знаешь, сколько у меня народу осталось? Четыре человека. Четыре, мать твою! На семь лабораторий. Весь молодняк ушел. В бизнес, чтоб его! – Он подскочил и треснул кулаком по столу. – Не нужна им твоя наука, нахрен не нужна! Им жрать надо. И семьи кормить.

Он обвел бешеным взглядом присутствующих, остановился на Андрее, ткнул в него пальцем:

– Думаешь, чего мы на совещание младших научных тащим? Вот Стольникова, например. Потому что он самый гениальный? Потому что отец у него нам всем хорошо известен? Нет! Потому что некого больше.

«Было бы куда, ушел бы», – подумал Андрей. Только что упомянутый отец укоризненно смотрел на него со стены, завешанной фотографиями известных и значимых в НИИ людей. Строгий костюм, серьёзное лицо, прищуренные глаза. Точно такое же фото, только поменьше и без траурной ленточки в нижнем углу, стояло дома у мамы. Отец бы, наверное, не думал, что лучше – наука или бизнес.

– Прекрати истерику, – утомлённо сказал директор института. – Все мы всё знаем. Можно сколько угодно глотку драть, ничего ты этим не изменишь.

Все опять замолчали. Пётр Васильевич плюхнулся на стул и вытер лоб. Руки его подрагивали.

– Здание наше администрация продавать думает, – сказал тихо Валентиныч. – Ходят слухи, кто-то крупную сумму предложил. То ли казино хотят сделать, то ли ресторан.

– Меня отсюда только вперед ногами вынесут! – снова взвился Васильевич.

– Хватит! – директор хлопнул ладонью по столу. Андрей отстраненно подумал, что так недолго после пары совещаний и без мебели остаться.

– Значит так, – директор оглядел присутствующих. – Сделать мы всё равно ничего не можем. Ни-че-го. Работаем дальше, пока не закрыли. Может, и обойдётся.

Он перевёл взгляд на тот конец стола, где сидели младшие научные сотрудники. Всего несколько человек. Недели две назад их было втрое больше.

– А вы, молодёжь, думайте сами, что делать. Нам, старикам, деваться всё равно некуда. Если кто уйдёт, обид держать не будем. Всё понимаем. Оставшимся постараемся выплачивать зарплату, как сможем.

– Никак не сможем, – буркнула главный бухгалтер. – Нет теперь денег.

– Поищем, – махнул рукой директор. – В общем, думайте, ребята. На сегодня всё, идите.

На улице окончательно стемнело. Ледяная мокрая крошка летела с ветром в лицо.