Чёрно-белое колесо

Там, перехватив Элку поудобнее и повесив на плечо футляр с Красавчиком, Регина без предупреждения вломилась в приёмную главреда. Секретарша, только что присевшая за стол с первой утренней чашкой чая, недоумённо воззрилась на неё.

– У себя? – осведомилась Регина. Секретарша кивнула и сказала:

– Только пришёл. У него важный гость, просил не мешать.

– Малиновый? – уточнила Регина, сгружая Элку на стул для посетителей.

– Ну да. Стольникова, ты куда?

– Посиди здесь и ничего не трогай, – велела Регина озирающейся с любопытством Элке.

И под возмущённый вопль секретарши шагнула к дверям. Семёныч при её появлении вскочил, открыл было рот, но сказать ничего не успел. Регина прошла мимо него к столу, за которым, развалившись в хозяйском кресле, сидел малиновый пиджак. «Ненавижу этот цвет», – подумала Регина, оперлась на стол ладонями, наклонилась к внимательно наблюдающему за ней пиджаку и чётко сказала:

– Могу приступить к работе прямо сегодня, денег возьму много, ко мне и в процесс не лезть.

Из любой шмары тебе куклу Барби сделаю. Не понравится – переделаем. Раз, второй, десятый, двадцатый – пока не понравится. Ну, берёшь?

Малиновый пиджак с минуту смотрел на неё, даже не моргая, в кабинете стояла гробовая тишина. Семёныч, кажется, даже дышать боялся. А потом пиджак вдруг хищно, неприятно, но явно одобрительно улыбнулся. Улыбка у него была странная, губы растягивались, а глаза оставались холодными.

– Зубастенькая, – сказал он хрипло. – Мне нравится.

В приемной над чем-то громко засмеялась Элка.

Регина выпрямилась и сложила руки на груди. Пиджак прищурился и снова улыбнулся. Насмешливо так, понимающе. Она сцепила зубы, чтобы сохранить невозмутимое выражение лица. Прорвётся, обязательно прорвётся. По головам, по трупам, по пепелищам.

– Сколько хочешь? – уточнил пиджак, не переставая улыбаться.

– Билет и жильё на первое время, – сказала Регина. – А за работу…

И назвала сумму. Семёныч за её спиной присвистнул.

– Зубастенькая, – повторил малиновый, и достал толстое кожаное портмоне.

 – Завтра придешь вот по этому адресу, будем работать.

Поверх стопки денег легла визитка. Регина кивнула, сгребла всё в кучу и сунула в карман. Вышла, не попрощавшись. Забрала Элку, сумку и через пять минут уже была на улице. До вокзала было минут пятнадцать пешком. Жаль, с Тамарой не попрощалась.

Андрей вывернул из-за угла дома, когда сумерки уже таяли на городских улицах. Он не помнил, где бродил ночь. Где ноги носили.