Книжный клуб

В дискуссиях участия не принимал, предпочитая молчание всему остальному.

Он и сам бы не дал вразумительного ответа, как неожиданно для себя стал постоянным участником этих собраний. Ведь это была совершенно не его стихия…

Дочь свою, Александру, он обожал больше всего на свете. Когда семь лет назад заболела и умерла его жена, он продолжил воспитывать ее сам, стараясь вложить в свою принцессу все самое лучшее. Девочка росла красивой и бойкой. Прекрасно училась в школе с углубленным изучением иностранных языков, хорошо рисовала, играла в театральном кружке.

Крутила отцом как хотела. А он готов был отдать все на свете, чтобы эти маленькие ручки и дальше обнимали его могучую шею. А сияющие радостью глаза смотрели на него с гордостью и восхищением…

Однако,Саша быстро выросла, и восхищение в ее глазах погасло и сменилось раздражением… «Ты чурбан неотесанный, – говорила она отцу. – Нам не о чем с тобой поговорить. Мне стыдно привести домой своих друзей, зная, что дома ты с бутылкой пива смотришь свои бесконечные сериалы про ментов!»

Что он мог сказать на эти упреки? Да, это правда, Сартра и Достоевского он отродясь не читал.

Стихи наводили на него уныние. Серьезная музыка мгновенно вгоняла в сон. Образованных людей в его окружении никогда не было и быть не могло.

Но позорить дочку тоже не хотелось… Поэтому, уступив ее настояниям, он согласился разок, только разок посетить это кефирное заведение. Борис отправился в книжный клуб с неохотой, рассчитывая потом компенсировать это тяжелое испытание хорошим ужином со спиртным в своем любимом ресторанчике с выразительным названием «Медвежий угол».

Конечно, это сборище болтливых очкариков, не могло бы его заинтересовать, если бы не одно «НО». Это «НО» звали Элеонора Валентиновна Сикорская.

Первый раз увидев ее в клубе, он просто обалдел. Статная, с высокой грудью и копной рыжих волос, похожих на корону, она сияла и манила, как полярная звезда манит уставшего моряка.

«Королева!» – полыхнуло у него в мозгу. «Настоящая. Не дешевка. Знает себе цену. Умная, не чета мне», – автоматной очередью выстреливали мысли одна за другой.

Она сидела боком к нему, совершенно не обращая внимания на затененный угол, где обитал Борис, и вела содержательную беседу с унылым бородачом о какой-то литературной муре.

А он пожирал глазами каждый поворот и наклон ее красивой головы.