Ковка стали. Книга 1

Отец сходил за соседом – дядей Лёней. Вместе они собрали две толстые длинные верёвки и ушли к бабе Нюре за козлом.

Через полчаса над деревней висел густой отборный мат.

Это дядя Лёня. Отец не матерился.

Я выглянул за ворота. Картина была, прямо сказать, – затейливая. Посреди дороги бодался из стороны в сторону и прыгал козёл, упирался, пытаясь на рог подцепить то одного, то другого обидчика, а мужики держали верёвки и пытались тащить его вперёд, шли по обочинам дороги на приличном расстоянии от козла. – Женя, удосужило же тебе связаться с бабкой.

Та рада не рада, что отделалась от него, а мы с тобой, два дурака, вляпались с этим разбойником. Гори он ярким пламенем. – Это в коротком, но понятном нормальном для простого человека переводе. Потому как дядя Лёня слыл мастером ярких выражений.

– Лёня, держи крепче. Раз уж деньги отдали, не бросим. Завтра зарежем, и всё. Успокойся, это сейчас он такой наглый. Понимает, поди, что под нож пойдёт. Недалеко осталось, дотащим.

Смекнув, что через калитку козла не провести, я с трудом, но раскрыл большие ворота метеостанции, где мы и жили.

Выбиваясь из последних сил, потные и грязные мужики вволокли упирающегося козла во двор. Двери сарая я тоже успел открыть.

Прежде чем втолкнуть беснующегося козла в сарай, пришлось его повалить. Верёвки так и остались на его рогах. Дверь захлопнули, приставили кол. Всю ночь козёл рогами бил по воротам, старался выбить их и смотаться. К рассвету поутих.

Утром пришёл дядя Лёня. У него имелся охотничий самодельный нож, которым он многим деревенским помогал резать скот: быков, свиней…

– Пошли, Женя.

 – Они подошли к дверям сарая.

Двери были на месте.

– Пятидесятка?

– Да, и потом кованые петли. Хлипкие бы точно разлетелись.

– Давай так: я кол помаленьку буду убирать, а ты в щель смотри верёвку. Как поймаешь её, заходи за угол, я бросаю кол, дверь открывается, ловлю вторую верёвку. Блокируем козла. Связываем ему ноги. Потом режу его.

– Пошли. – Отец заглянул в щель двери.

Дядя Лёня не успел ещё ничего сделать, как козёл саданул по двери, по щели, куда смотрел отец, дверь отлетела в сторону, козёл рогами засадил отцу по лбу, тот перевернулся в воздухе от мощного удара, упал навзничь.

– Бог ты мой, Женя? – дядя Лёня кинулся к отцу. – Жив?

Отец открыл глаза:

– Да жив я. Где паршивец?

Козёл с двумя верёвками на рогах носился по огороду. – Никуда не уйдёшь, забор добрый.

Мужики стали загонять козла в угол.