Сын утешения

Паломники старались пробиться к худощавому старцу с длинной седой бородой, но того настойчиво уводил к двери проходной строгий монах. И надо же было случиться такому: они как раз проходили мимо меня! Как было не воспользоваться такой возможностью?!

– Батюшка! Отец Кирилл! – почти взмолился я и зачастил: – Я был журналистом, теперь писатель, издал исторические книги и вот хочу писать только на духовную тему! Чтобы даже далекие от веры люди, такие, которые никогда не зайдут в храм, чтобы купить церковную книгу, но любят исторические романы, возьмут такой – а в нем, на доступном им языке, – о Боге и вере! Глядишь, и задумаются о самом главном!

Архимандрит Кирилл остановился, коротко, но как-то по-особенному подумал и протянул мне руку для благословения… Словно огромная, невидимая, ласковая и в то же время могучая волна накрыла меня с головой!

– Пишите истину об Истине! – назидательно сказал мне старец.

И строгий монах завел его наконец в дверь проходной.

Я стоял, сам не веря тому, что только что произошло со мною.

Собственно, я не получил точного ответа ни от одного, ни от другого старца… Но ведь даже мысленно я не задавал им вопросов с перечислением тем, сюжетов и названий задуманных книг. Однако этого, как оказалось, и не потребовалось. Мне вдруг все стало ясно и так.

Вот какие они – современные старцы! И плоды благословения преподобного Сергия!

А ведь мне еще предстояла поездка в скит, где сто лет назад жил и вот так же принимал приходивших к нему людей великий старец Варнава…

Глава 10.

В скиту

Большую территорию Гефсиманского Черниговского скита давно уже занимал военно-ученый городок. Отобрав обитель у монахов, желавших еще большего, чем в Лавре, уединения, советская власть безжалостно уничтожила здесь все храмы и на их месте построила многоэтажные жилые дома и огромные, уходящие многими этажами в глубь земли, здания.

Словно духовный оазис, осталось пещерное отделение скита, которое долгое время также использовалось совсем не по назначению.

Но тем не менее здесь стоял прекрасный храм, в котором теперь полным ходом шли восстановительные работы, очень высокая, без малого в сто метров, колокольня, где также требовалось немало работ, длинный двухэтажный братский корпус и просто каким-то чудом сохранившийся, хоть и потемневший от времени двухэтажный домик. Было непонятно, как это он сумел уцелеть, когда погибли каменные храмы!

– А это – домик старца Варнавы! – объяснили мне мои попутчики.