И снег будет падать на крышу

Сперва мне показалось, что их человек пятнадцать, но потом вышла ещё группа, ещё… А потом они расступились, пропуская вперёд главного – коренастого, в джинсах.

– Слышь, все в конец очереди, – скомандовал он.

– Мы раньше пришли! – Возмутился парень из парочки, но Жорик выразительно посмотрел на него – мол, не нарывайся! – и махнул рукой, предлагая отойти куда велят.

Меня неприятно кольнуло, но я последовала за Жориком, понимая, что ссориться с такой толпой может быть чревато.

– Да ладно, их всего-то человек сорок! – Зашептал он, когда мы отошли на безопасное расстояние.

 – Весь зал не выкупят. Сто шестьдесят билетов заберут, ну, может, двести.

– А кто это? – Спросила я.

– Как кто? Студенты! Ты вчера родилась, что ли? Это называется лом. Они пришли билеты покупать. Четыре штуки в одни руки. Два перекупщику, два себе. С ними лучше не связываться, они кулаками не бьют, но бока намять могут.

– Но мы, я надеюсь, всё равно не уйдём без билетов? – Спросила Настя.

– Ну, купим на галёрку, подумаешь.

Рицкого и оттуда неплохо видно.

Мы постояли молча. Мимо нас проехало одинокое ночное такси. Меня не оставляло ощущение, что ночь испорчена. Наши соседи из очереди тоже заметно приуныли.

– Хотите анекдот? – Не очень уверенно спросил парень из парочки.

На него все так посмотрели, что он сразу заткнулся.

Я подумала, что если бы меня предупредили о таком развитии событий, я бы не пошла. А потом подумала, что хочу домой. Но уходить было как-то глупо.

Тут в переулке послышались шаги.

Я вгляделась и поняла, что в сторону театра идёт ещё одна группа парней, не меньше первой. Я тронула Жорика за рукав.

– Ого! – Он почему-то обрадовался. – Сейчас такое будет!

– Какое? – Осторожно спросила Настя, но ничего объяснять уже не требовалось.

Вторая группа, тоже человек в сорок-пятьдесят, вышла из переулка, прошествовала мимо церкви, к стенам которой мы жались, и молча выстроилась вдоль улицы – прямо напротив театра.

Первая группа совсем не удивилась их появлению.

В таком же пугающем молчании они тоже выстроились – вдоль фасада.

Обе группы сделали грозные и сосредоточенные лица.

И в полной тишине двинулись друг на друга.

Жорик схватил нас с Настей за руки и рванул в сторону высотки.

***

– Жорик! Жорик, помедленней, Марте бегать теперь нельзя!

Я старалась идти очень быстро, но не переходить на бег. Но всё равно задохнулась через двести метров и остановилась. Настя подхватила меня под локоть.