И снег будет падать на крышу

 – Просто! Залез! Дерево понравилось!

– Просто у себя в Марьиной Роще будешь лазить! Спустился, живо, а то милицию позову!

Мальчик нехотя слез с дерева, Люда тут же ухватила его за рукав. К ним размеренной походкой подошёл Павел Николаевич.

– Люда, ну оставьте парня в покое! Залез и залез. У нас тут не царские времена и не охраняемая территория. Я в его возрасте тоже лазил. Моя первая любовь жила, между прочим, в третьем этаже!

– Он к Иванцовым заглядывал. Кто ему там первая любовь – Евдокия Максимовна?!

– О-о-о! – Тишков застонал от смеха.

 – Евдокии Максимовне приятно будет узнать, что она ещё способна воспламенять юные сердца!

Я вгляделась в покрасневшее лицо мальчика и поняла, что он старше, чем мне сперва показалось, просто невысок и тощ. Он исподлобья смотрел то на Люду, то на Тишкова, а потом вдруг посмотрел на меня.

Глаза у него были голубые и мрачные, картинные такие беспризорничьи глаза. Передо мной пронеслись Янкель, Саня Григорьев и Мишка Коровин.

Я крикнула:

– Ну правда, Люда, отпусти!

Люда разжала руку.

Парень благодарно посмотрел на меня и так рванул со двора, что пыль поднялась.

***

– И ты в него влюбилась?

Я поперхнулась.

– С чего вдруг?

– Ну, во всех книгах и фильмах герои после такого влюбляются, – Настя отложила мелок, осмотрела контур выкройки и вынула из ящика ножницы.

Её родители достали очень хорошую шерстяную клетчатую ткань, бабушка отдала им деньги за половину, и Настя, как уже бывало, взялась шить на нас обеих.

Себе – юбку, а мне – жилет.

Я не без торжества наблюдала за движениями ловких Настиных рук: давно ли девчонки в классе смеялись, что мы с ней в тринадцать лет ещё шьём на кукол, – а в пятнадцать мы уже ходили в вещичках Настиной работы, а теперь Настя в текстильном институте, и кто знает, может, из неё вторая Ламанова выйдет!

– Я в таких не влюбляюсь, – протянула я самым брезгливым тоном, каким умела.

– Значит, он в тебя влюбится. Вот увидишь.

– Барышня и хулиган. Так банально, что даже представлять западло.

– Вот это барышня! – Рассмеялась Настя.

– Ну он же не знает, что я не с рождения барышня. А западло оно и есть западло. Я этому слову до сих пор не нашла нормального цензурного эквивалента. Равного по силе и выразительности.

Настя на миг покраснела и тут же нашла повод сменить тему:

– А борщ-то вы с Людой приготовили?

– Ещё и салат нарезали. Витаминный.

– И как?

– Интересно, только свёкла очень пачкается.