Золотой тупик II – III

С нежностью поглаживая Илью по начинающим редеть библейским кудрям, он больно ударил его кулаком в плечо.

–Ильюха, брат, наконец-то мы вместе! Ты я вижу не рад мне? Как же так, земляк? Это свинство!

Илья скривился от боли, потирая плечо, уныло пробормотал:

–Зайдём в институт. Мне нужно кое-какие дела утрясти, там и поговорим в моём кабинете.

Они прошли через проходную. Вахтёр от удивления раскрыл рот, прокричав вдогонку:

– Илья Борисович, солнце советской физкультуры! Зайдите к Ивану Денисовичу он второй день вас ищет.

– Да, да. Я как раз к нему иду, – бросил Илья и потянул Эдди за руку. Они быстро шли по коридору, но неожиданно Илья остановился и схватился за живот со страдальческим лицом.

–Эд, Эд, извини, живот прихватило. Подожди меня здесь. Я быстро, туалет за углом.

Внутренне напрягшись, Эдди кивнул головой. Илья быстро прокатился до конца коридора и завернул в проход. Минут десять Эдди рассматривал графики и диаграммы на стенах. Нехорошее предчувствие охватывало его.

– Скажи, учёный друг, в вашем туалете нет ли случайно черного хода?

–А что стряслось? Туалета на этом этаже нет вообще, они у нас на первом и третьем этажах.

Эдди помрачнел.

–Да вот друга юности Илью Борисовича потерял.

Поморгав глазами, очкарик расхохотался, протёр очки полой халата.

–Ещё один присяжный заседатель на будущем суде над летучим засранцем. То, что он засранец знают только избранные, а то, что летучий – давно известно всему институту.

Заговорщицки подмигнув, парень наклонился к его уху.

– Вы ему, как, баксами платите?

– Кто это мы? —удивился Эдди.

– Стукачам известно кто платит. Аббревиатуру учреждения называть не стану.

– Ах, вот так даже! Суд говорите? —зло ухмыльнулся Эдди, – на суде я буду безжалостным прокурором.

– Высшая мера наказания. Десять суток в запертом туалете без еды и ежедневные клизмы, – весело брякнул очкарик, и посмеиваясь, убежал.

Постояв минуту в раздумье, Эдди зло проговорил:

– Ждать суда я не буду, свершу суд правый и скорый.

Ему повезло. В кабинете «Отдела кадров» сидела ни бабуля предпенсионного возраста и не бывший военный, а прелестная молодая блондинка. Шоколадка – обаятельная улыбка – комплимент – остроумный анекдот – письмо блудному сыну Илье, забывшему о её существовании от престарелой матери – адрес.