Здесь и сейчас. Цикл рассказов

И сидит весь вечер в социальных сетях. Комментирует, репостит, новости читает, думает. Не котиков-хомяков, а про политику. Денег ребятам воюющим посылает, вот вышиванку себе купил. И там, в интернете, он уважаемый человек. Ему приятно там находиться, там его ценят. А в реальности скучно. Видимо, взрослеешь, теряешь запал и дальше под горку. Но не у всех так. Смотрю на свою младшую сестру, на её ровесников – и удивляюсь. У нас разница шесть лет. А они уже понимают, чего хотят от жизни, стремятся, мечтают, работают.

Они более рациональные, более конкретные, более продуктивные, чем мы. Чем я.

– А чего ты хочешь? Мы выросли в другое время. У нас ничего не было. А у них – всё. Мы просто другие. Мы другое поколение.

– Другие. Чувствую себя вечно не у дел. По декретному отпуску пропустила в институте три года. Вот вернулась. И не могу. Не могу учиться. Бросить уже глупо, осталось всего ничего до диплома. Но сижу среди однокурсников и понимаю: я – дура. У них речь другая, у них тексты другие, они взрослые.

Мне так неловко среди них. Я молчу, как рыба. Но мне кажется, по глазам читают мою недалёкость.

– Ты лишнее надумываешь. Не кори себя. Не сравнивай ни с кем. Ты идёшь медленнее, но ведь главное идти. Не равняйся. Не надо сравнивать. Делай своё дело.

Ника говорит, и становится легче. Может быть, действительно всё просто.

Мне тяжело держать своё тело, откидываюсь на спинку дивана. Ресторан качается. Гости весёлые. Невеста возглавляет поход в курилку, меня зовут, но я пропущу.

За столом стало тихо и пусто. Только слева осталась молодая пара. Уже не помню, как их зовут. Только то, что они из Геленджика. Слово «Геленджик» ассоциируется у меня с жареными курицами. Там, в Геленджике, наверное, тепло. Ну, да, там же море. Море. Очень хочется пить. Пара с моря что-то обсуждает между собой, мне бы надо поговорить с ними, но совсем нечего сказать. «Спроси, как они съездили в Париж, им будет приятно», – шепнула невеста, выходя. Париж. Почему-то начинаю злиться. Что они мне могут рассказать?

Я помню Париж.

Мне было двенадцать, а старшей сестре пятнадцать. Родители заняли денег и отправили нас по путевке от художественной школы смотреть Лувр. Отцу это было очень важно. Они с мамой до сих пор нигде не были. Мы ехали весь путь на большом вонючем автобусе. Мы – маленькая группа из десяти человек из провинциальной художественной школы, двигались по Европе на душном автобусе, чтобы увидеть Лувр, увидеть Джоконду, увидеть Париж.