Медный институт

Кстати, группа с таким названием звучала тогда из каждого утюга, и тоже нравилась Коле. Один за одним прогремели их альбомы 1993 и 94 года – «Позорная звезда» и «Опиум». Николай добыл их более ранний альбом «Декаданс» 1991 года – тоже классные песни!

На теме музыки он поближе сошелся с одногруппником Лехой Петровым, чего не произошло с Демидом. Назаренко был фигурой для Коли непонятной: был старше и патлатей, сочинял стихи, но при этом занимался русским рукопашным боем. Петров был гораздо ближе: родом из Новороссийска, окончил музыкальную школу по классу саксофона.

Только Чехов был мальчиком домашним, а Леха – нет: умел драться, курил сигареты и анашу, и, вообще, уверенно стоял на земле своими широкими ступнями, на его фоне Коля казался более стройным и интеллигентным. Несмотря на различия (а может, благодаря им), они подружились. Петров не только разбирался в музыке, но и играл на гитаре, а еще открыл для Коли творчество группы «Чиж и Ко». Одногруппники остановились перед входом в так называемый морфологический корпус – семиэтажное новое здание института, над входом в которое висела огромная металлическая фигура обнаженной девушки с книгой в руке.

– Iron Maiden! – попытался скаламбурить Коля.

– Я такое не слушаю, – ответил Леха, – мне Чиж сейчас нравится!

– Не, не знаю такого…

–Ты что, ландух, что ли? – удивился Петров.

– Это кто такой? – улыбнулся в ответ Коля.

– Это так у нас называют лохов. Ты что, Чижару ни разу не слышал? Может, ты еще скажешь, что девственник?

– Это не скажу, про меня поет «Агата Кристи»: «Я оптимист, я оптимист, я гетеросексуалист!».

А Чижа твоего, может, и слышал, но все равно не знаю.

– У них уже вышло два альбома. Вот, например, песня О.К.: «Видишь, у нас в городке у всех все о'кей» – так это про наш Новорос! – взахлеб делился впечатлениями Петров, приводя в доказательство цитаты из песни. Конечно же, Николаю пришлось сходить в магазин «Союз» и купить свою первую кассету Чижа и компании. Фирменная кассета была недешевой, но он получил удовольствие, распечатывая ее и нюхая приятный полиграфический запах буклета.

К зиме стало ясно, что встречаться с Аней не получится, а Насте больше стал нравиться Леха. Николай понял, что пора заняться Светкой Долговой. Как сказал Петров, «на безрыбье и рыбу раком», тем более, что она достаточно ревниво косилась на Колины подкатывания к Комиссаровой. Ему сильно хотелось внимания девушек, так как он к себе относился достаточно критично.