Брат друга

Мы мечтали с Юрой поехать вместе на Природу, отснять там фотоматериал, он хотел меня натаскать на портретах – для чего пригласить решил с нами в поход – веселых подружек – сестер. Мы уже отдыхали с ними. Приятное  с полезным – можно и совместить.

И тут удар – умер отец Юры и Сергея – большой красивый человечище, знаменитый специалист, директор федерального центра. Отец – был воротила и пятило в семье. Он добивался всего, при нем вырос Сергей, поднялся и его центр. И вот, отца  не стало.

Сергей, как то, сразу сломался, зажался, сдулся.

Еще добавило второе – его сняли с  заведования. Уход отца не остался не замеченным. И Сергей попал в психиатрию. Волнообразное  течение болячки привело к инвалидности и тяжелой депрессии Сергея.

И Юра, который всегда был на вторых ролях – стал вдруг главой их семьи. Нужно сказать, что оба брата – были поздними у родителей своих. Поэтому, мама – очень красивая и властная женщина, которую я знал как замечательного врача и ученого, практически всю свою жизнь – с возрастом стала сильно болеть, никуда  не выходила из дому и не могла помочь братьям  с их проблемами.

Так они и стали жить, после смерти отца. Юра  стал сдержанней, несколько суровее. Он, как-то, даже, подрос, возмужал, что ли.

Наши поездки всё откладывались. Но, однажды, мы решили – съездить ненадолго на Природу, порыбачить вместе.

Вечером, накануне позвонил Сергей. Он сказал, что брата  – не стало.

Потом, были похороны – вся врачебная диаспора города прощалась с Юрой.

Прошли месяцы. Сергей всё также оставался вне Времени и Пространства. Я им помогал, чем мог. Пытался сделать то, что бы сделал на моем месте – Юра. Не оставлял ни его мать, ни Сергея.

Прошло время. Вдруг, однажды,  позвонил Сергей.

– Я хочу взять фотоаппарат Юры, и начать фотографировать. Научишь, брат? – спросил он.

– Да, брат, я скоро буду!

Серый, из Дозора.

Знаете такого – Сергея Лукьяненко, и его знаменитые Дозоры? Один из них – Сумрачный Дозор. Как я отказался там, сейчас расскажу.

Я пробирался по берегу бесконечной реки, в тумане. Яркий свет делал его молочно-белым. Казалось, наступил рассвет, и туман сейчас рассеется. Но чем дальше я шел, тем свет не менялся. Немного походило, как будто где-то сверху включили лампу «Дневного света» – матово струился по туману. Было не холодно, несмотря на близость реки.