Трансформация

Так мне открылись первые проявления Дао, великого пути всего, в котором главное – прислушаться к себе, осознать свое истинное я, интуитивно чувствовать повороты на 78 градусов, плыть по реке жизни, чаще выбирая недеяние. Тогда я еще не знал про Дао, но что-то во мне с той секунды вступления в мир поэзии перевернулось и остается таким до сих пор. А С. просто почувствовала, что мне недостает какой-то важной части, и пришла на помощь; ей не нужны были стихи. Что-то колдовское в ней все же чувствовалось, даже если опираться на последние научные достижения.

Так, думая о ней, я шел сквозь проспекты и переулки, почти не глядя, на ощупь поворачивая и петляя в дорогах; тепло вновь окутало город, вечернее солнце садилось за горизонт, и взгляд мой уплывал куда-то за ним, уводя с собой разум. Я думал о вечном, о новом мироустройстве, о Кропоткине, о Дао, великом пути всего, о Будде; иногда с замиранием сердца вспоминал, что хорошо бы купить С. подарок, но потом сразу же забывал, не найдя глазами ни одной подходящей вывески, зато наткнувшись на сушившееся белье и цепочкой ассоциаций дойдя от него до Швейцарии (белье – кондиционер вернель «альпийские луга» (– коровы – молоко – шоколад) – швейцария), и вздыхал.

Иногда очень хотелось с-бежать; в последнее время чаще обычного.

Облака окрашивались в алый, когда я подходил к ее балкону. Свежее дыхание ветра трогало кожу, трепало волосы, рассеивая на миг сладость летнего вечера. Я хотел позвать ее на улицу, чтобы сидеть здесь на лавочке хоть до глубокой ночи и в свете фонаря почему-то полушепотом говорить о былом, и гадать, и хохотать, и плакать.

Пять минут я простоял, провожая солнце, смотря ему вслед, напитываясь его запахом и ушедшим жаром. «Ушедший жар солнца – это очень точное описание меня, подумалось мне; как воспоминание о былом себе, укороченное и переиначенное, почти забытое, перевернутое, и – не то». Розовый дом еще больше порозовел от заката, а я молча втиснулся в широкую дверь – пространство давило со всех сторон, неминуемо и всегда в этом доме. С. пару раз говорила, шутя, что у этого места тяжелая энергетика, и вообще как-то тут странно…

Преодолев несколько пролетов, я начал считать ступени, чтобы сконцентрироваться на чем-то определенном и привести мысли в одну стройную линию, из которой вышло бы намерение для карт. Постучал в дверь, и С. тут же прибежала ее отворять.