Добренькая, или Замаскированный урод

Вася смотрел на нее озорными глазами из-под темных пушистых ресниц.

– Ольга Сергеевна, мы возьмем воробушка или нет? – спросил он, снова пытаясь вскарабкаться на нее. Леля от его усилий чуть не упала, но настроение ее как-то сразу поднялось. Нет, этот мир не так жесток, ведь в нем есть такие чудненькие, в хорошем смысле, Васи, которые пытаются залезть на нее, как на дерево.

– Васька! – засмеялась она. – А если бы я упала?! Нет, ты просто неисправимый оригинал!

Она приобняла его рукой, а остальные дети сразу же уловили ее веселое настроение и всем скопом повисли на ней.

Леля весело смеялась, и ее смех вдохновил детей на еще большее – некоторые из них стали, как Вася, карабкаться по ней. И это Леле уже не понравилось, она подумала, что от такой тяжести у нее что-нибудь лопнет внутри.

– Так! Все! – освобождаясь от детей, крикнула она. – Все идем в группу! Быстро!

– А как же воробушек? – обеспокоено спросила ее Наденька, хорошенькая, всегда улыбчивая девочка с косичками.

– Мы его тут оставим, – посмотрела в глаза девочке Леля.

 – Его мама будет прилетать к нему и кормить. Червячков принесет ему, букашек…

– И комаров и мух, – подхватила Наденька.

Веселая гурьба детей устремилась в садик, а Леля грустно посмотрела на маленького, беспомощного, трясущегося воробушка. Его страх, боль, обреченность снова пронзили ее. Она чувствовала их как свои собственные. Воробушек ждал защиты и помощи, но их не будет, и выход из всего этого кошмара – только смерть.

Вздохнув, Леля пошла вслед за детьми и увидела, как позади всех с опущенными плечами, все с той же заискивающей жалкой улыбкой на лице плетется Леша.

Леля взяла его за руку, и они вместе вошли в помещение.

– Ольга Сергеевна! – уже после обеда подбежала к Леле с вытаращенными глазами одна из девочек. – А там Вася в Матрешку написал!

– Молодец! – констатировала Леля, выравнивая стульчики с развешанной на них детской одеждой. – Если все будут писать в матрешек, то у нас в группе будет такая вонища!

– Ольга Сергеевна! – выскочила из спальни другая девочка.

 – А там Вася написал в Матрешку и вылил все за батарею!

– Так! Пойдемте! – строго произнесла Леля и решительно направилась в спальню, где уже половина детей лежала в кроватках. Вася, весело скачущий на своей кровати у батареи, лукаво смотрел на нее. В глазах его прыгали смешинки. Да и у всех детей в группе на лицах было написано несказанное веселье. Как же им мало надо для счастья! Один дурачок надул в Матрешку, а все радуются.