Исцеление нелюбви. Сборник рассказов

Что ей подарят? Куклу с длинными волосами, которую она давно хотела? В белом кружевном платье, с розовыми шёлковыми лентами – нежными, как лепестки! Или кукольный домик? Леночка видела его в “Детском мире”. В таких домиках обязательно должны жить маленькие человечки. Вот бы посмотреть на них хоть одним глазком! А может, подарят набор кукольной посуды или книжку с картинками?

Но самый большой подарок – это, конечно, братик. Папа сказал, что уже завтра привезет маму с Петенькой – так назвали братика – из больницы.

Девочка ждет и волнуется: вот это подарок!

Но мама возвращается одна. О Петеньке больше не говорят, на вопросы о нем не отвечают. А Лена… Её долгожданный день словно исчез из календаря. Про нее саму будто забыли. Родители ходят с такими лицами, что Леночке становится страшно. Может, она сделала что-то не то и ее наказывают? Не могла же она провиниться так сильно!

Леночка снова и снова подходит к маме, тянет ее за платье. Та смотрит на дочь невидящим взглядом, потом молча отходит, отворачивается.

В следующие разы говорит: “Уйди, не до тебя!” С каждым разом в голосе все больше раздражения.

И вот в какой-то момент она, уже совсем не сдерживаясь, кричит: “Эгоистка! Как ты можешь требовать к себе внимания в этот день?! Ведь у него-то никогда не будет ни праздников, ни поздравлений, ни подарков!” Папа вмешивается, берет маму за плечи: “Тише, тише!” Потом бросает Леночке быстрой скороговоркой и тоже отворачиваясь: “Потом отметим, как-нибудь потом. Только не сейчас.

Не беспокой маму”. И уводит ту в дальнюю комнату, закрывая перед Леночкой дверь.

* * *

Лене сегодня 35. Она едет домой в полупустом вагоне метро. В руках – большой букет роз, опущенный низко-низко – бутоны метут грязный пол. Ей не до цветов. У нее всегда в этот день непонятная горечь в душе. Почему-то стыдно отмечать, получать внимание, подарки и поздравления.

Погруженная в себя, Лена несколько раз задевает цветы ногами, чуть ли не наступает на них. Лепестки осыпаются, нежные, белые и розовые, как кружево и шелк того несбывшегося кукольного платья.

Ими уже усеян весь пол вокруг. Лена, придавленная тяжестью неясной тоски, не замечает этого: нервно переступает, задевает бутоны.

Другие пассажиры осторожно, очень осторожно обходят бело-розовую хрупкость. Только сама Лена, покидая вагон, бессознательно еще раз задевает букет и, не глядя под ноги, ступает прямо по лепесткам.

Они лежат на грязном полу, беззащитные и бесполезные.